Путин

Сталинскому времени была свойственна дихотомия доверия: вождю доверяли, а власти и ее конкретным действиям – нет. Именно это наблюдается в сегодняшних российских обстоятельствах: символическое, иногда сакральное доверие к высшим институтам, воплощающим в себе идею государства, и высокая степень недоверия к любым интервенциям государства в обычную жизнь В сентябре 1935 года, уже тогда, когда «жить стало […]

Поздний Путин — это стагнация самого принципа личного абсолютизма. Его политическую институцию и властный флёр «поедает» кадыровский проект сверхсилового (демонстративно упрощённого) абсолютизма. Вторжение периферийного вглубь проблемы, бывшей некогда центром принятия решений. Путинский — чекистско-бюрократический абсолютизм — исчерпался окончательно. Он видит выход в проблесках имперскости и щекотании нервов войны. Но этот тип мобилизации уже не работает.

Руслан Айсин о том, как вся путинская элита занята поиском эликсира бессмертия и молодости. Этим занимается Сечин, Екатерина Тихонова, предполагаемая дочь В.Путина, на эти программы тратятся миллиарды. И все ради одной заветной и несбыточной цели: жить вечно!

Начало декабря ознаменовалось вроде бы не связанными между собой, но довольно знаковыми событиями. Сначала наш «национальный лидер» (слово «национальный» тут употребляется в его исконном значении — лидер некой одной нации, а не в смысле, придаваемом ему доморощенными англоманами, когда «национальный» тождествен «государственному») неожиданно агрессивно высказался в адрес Ленина, обвинив его в «закладке мины под тысячелетнюю

Предвижу, что в меня полетят комья глинистого дёрна с обеих сторон — как от тех, кто считает нашего президента величайшим деятелем в, российской истории наряду с Петром I, Сталиным, Владимиром Святым и кем-нибудь ещё подобным, так и от тех, кто видит в нём исчадие преисподней, но почему-то я никогда не воспринимал Путина всерьёз. Конечно, после

Осуждение и осмеяние старцев во власти возникло в позднем совке^ в поколении хрущевской оттепели, которое в этой оттепели быстро разочаровалось. Молодые и поджарые лидеры Кубы Фидель Кастро и Че Гевара, явившись в Москву, одним своим видом стали насмешкой над пенсионерами революции и напомнили, что революция всегда молодая и всегда аскетичная, а не в кремлевском двубортном

На прошедшей неделе как-то дежурно и буднично, вскользь и мимоходом медиа отметили одну знаменательную дату — 20-летие назначения «преемника», хотя это событие и тогда было сенсационным, а по сути, как выяснилось, определило сюжет развития страны на десятилетия вперёд — если, конечно, эту эволюцию можно назвать «развитием». Попробуем, воспользовавшись данным информационным поводом, ретроспективно вглядеться в предшествовавшие

Кремль бы, конечно, рад (вос)создать нечто вроде «универсальной монархии» Данте Алигьери, писавшего, что один единственный правитель, которому должно быть подчинены все, так как он, первый князь, ближе всего и угоден всего Господу. Отсюда проистекают путинские рассуждения о том, что «…мы как мученики попадем в рай, а они [агрессор] просто сдохнут, потому что даже раскаяться не