Американские корпорации и военные стратеги приветствуют «пространство правовых манёвров», которое Израиль открыл для них, чтобы извлекать прибыль из ведения войны, убивающей и морящей голодом мирных жителей.
В этом месяце The Financial Times сообщила, что группа израильских инвесторов, одна из ведущих в мире консалтинговых компаний и аналитический центр под руководством бывшего премьер-министра Великобритании Тони Блэра, тайно разрабатывали планы по эксплуатации руин Газы как элитной недвижимости.
Похоже, что этот тайный консорциум стремился к практической реализации «видения» президента США Дональда Трампа, согласно которому Газа должна превратиться в «Ривьеру Ближнего Востока»: небольшая прибрежная территория должна стать курортом для богачей и привлекательным инвестиционным проектом — как только оттуда будет этнически зачищено палестинское население.
Тем временем правительство Великобритании объявило организацию Palestine Action террористической — впервые в британской истории группа прямого действия была запрещена в рамках и без того драконовского антитеррористического законодательства страны.
Примечательно, что правительство Кира Стармера приняло решение о запрете Palestine Action после лоббистских усилий со стороны Elbit Systems — израильского производителя оружия, чьи заводы в Великобритании неоднократно становились объектом протестных акций Palestine Action. Elbit поставляет Израилю ударные беспилотники и другое вооружение, играющее ключевую роль в геноциде, осуществляемом Израилем в Газе.
Эти разоблачения стали достоянием общественности одновременно с публикацией доклада специального докладчика ООН по вопросу о положении на оккупированных палестинских территориях Франчески Альбанезе, озаглавленного «От экономики оккупации к экономике геноцида». В этом докладе разоблачается масштабное участие крупного бизнеса в преступлениях Израиля в Газе и получаемая им прибыль.
В интервью американскому журналисту Крису Хеджесу Альбанезе, специалист по международному праву, сделала следующий вывод: «Геноцид в Газе не прекращается, потому что он выгоден. Он приносит прибыль слишком многим».
Альбанезе перечисляет деcятки крупных западных компаний, глубоко вовлечённых в систему угнетения палестинского народа со стороны Израиля.
Как она отмечает, это не новое явление. Эти компании годами — а в некоторых случаях десятилетиями — извлекали выгоду из бизнес-возможностей, связанных с насильственной оккупацией палестинских земель Израилем.
Переход от израильской оккупации Газы к текущему геноциду не только не поставил под угрозу прибыли — он их увеличил. Или, как выразилась сама Альбанезе: «Прибыли выросли по мере того, как экономика оккупации превратилась в экономику геноцида».
Специальный докладчик ООН в последние 21 месяц резни в Газе всё больше становилась занозой в боку Израиля и его западных покровителей.
Это объясняет, почему Марко Рубио, госсекретарь при Дональде Трампе, вскоре после публикации её доклада объявил о введении санкций против Альбанезе за её попытки пролить свет на преступления израильских и американских официальных лиц.
Показательно, что он назвал её высказывания — основанные на нормах международного права — «экономической войной против Соединённых Штатов и Израиля». Похоже, что Альбанезе и стоящая за ней система универсальных прав человека ООН воспринимаются как угроза западной наживе.
Окно в будущее
Израиль фактически выступает крупнейшим в мире бизнес-инкубатором — хотя в его случае речь идёт не только о поддержке стартапов.
Напротив, он предоставляет глобальным корпорациям возможность испытывать и совершенствовать новое вооружение, технику, технологии, системы сбора данных и автоматизации в условиях оккупированных территорий. Все эти разработки связаны с масштабным угнетением, контролем, наблюдением, заключением, этнической чисткой — а теперь и с геноцидом.
В мире, где ресурсы стремительно сокращаются, а климатический хаос нарастает, подобные инновационные технологии подчинения, скорее всего, найдут применение не только за рубежом, но и внутри самих стран. Газа — это лаборатория корпоративного мира и окно в наше собственное будущее.
В своём 60-страничном докладе Альбанезе пишет, что её исследование «показывает, как бесконечная оккупация превратилась в идеальную испытательную площадку для производителей оружия и крупных технологических компаний… в то время как инвесторы, а также частные и государственные учреждения свободно извлекают прибыль».
Её точку зрения подтвердила израильская оружейная компания Rafael, выпустившая рекламный ролик своего дрона Spike FireFly, в котором демонстрируется, как аппарат обнаруживает, преследует и убивает палестинца в так называемых условиях «городского боя» в Газе.
Как указывает специальный докладчик ООН, помимо вопроса о геноциде в Газе, западные компании с лета прошлого года находятся под юридическим и моральным обязательством разорвать связи с системой оккупации, установленной Израилем.
Именно тогда высшая судебная инстанция мира — Международный суд ООН — постановил, что многолетняя израильская оккупация представляет собой преступное предприятие, основанное на апартеиде и насильственном переселении — или, как называет это Альбанезе, политике «вытеснения и замещения».
Однако вместо того чтобы отказаться от соучастия, корпоративный сектор — как и западные правительства — продолжает всё глубже вовлекаться в преступления Израиля.
Извлекать прибыль из геноцидного уничтожения Газы, а также из оккупации Западного берега и Восточного Иерусалима, сегодня могут не только производители вооружений.
К этому присоединились и крупные технологические компании, строительные и сырьевые фирмы, агробизнес, индустрия туризма, сфера товаров и услуг, а также цепочки поставок.
А всё это становится возможным благодаря финансовому сектору — в который входят банки, пенсионные фонды, университеты, страховые компании и даже благотворительные организации, стремящиеся продолжать инвестиции в эту архитектуру угнетения.
Альбанезе называет мозаику компаний, сотрудничающих с Израилем, «экосистемой, поддерживающей эту противоправность».
Уход от контроля
Для этих корпораций и их пособников международное право — правовая система, которую Альбанезе и другие спецдокладчики ООН призваны защищать — является препятствием на пути к извлечению прибыли.
Альбанезе отмечает, что бизнес-сектор может избегать контроля, прячась за другими участниками.
Израиль и его высшие должностные лица уже получили предупреждения о совершении геноцида, преступлений против человечности и военных преступлений.
Когда она направила письма 48 компаниям, чтобы предупредить их о сговоре с этими преступлениями, они либо ответили, что это ответственность Израиля, а не их, либо что регулирование их коммерческой деятельности должно осуществляться государствами, а не международным правом.
Как отмечает Альбанезе, корпорации могут получать наибольшую прибыль в «серых зонах закона» — законах, в формировании которых они сами участвовали.
Истребители F-35 производства Lockheed Martin, «звериный» режим которых Израиль демонстрировал, разрушая Газу, зависят от примерно 1600 специализированных фирм, работающих в восьми различных странах, включая Великобританию.
В конце прошлого месяца Высокий суд Великобритании, признавая, что британские комплектующие, используемые в F-35, вероятно, способствуют военным преступлениям в Газе, постановил, что решение об экспорте этих деталей — это «очень чувствительный и политический» вопрос, который должна принимать правительство Стармера.
В свою очередь, министр иностранных дел Великобритании Дэвид Ламми заявил парламентскому комитету, что оценка того, совершает ли Израиль военные преступления в Газе с использованием британского оружия, не входит в компетенцию правительства, а является «решением суда».
Lockheed Martin тоже переложила ответственность. Представитель компании заявил: «Продажи военной продукции за рубежом — это межправительственные сделки. Обсуждения этих продаж должны проводиться правительством США».
Сговор крупных технологических компаний
Альбанезе также обвиняет ведущие технологические фирмы в быстром и глубоким проникновении в незаконную израильскую оккупацию, в том числе через покупку израильских стартапов, использующих опыт, полученный за счёт угнетения палестинцев.
Группа NSO разработала шпионское программное обеспечение Pegasus для телефонов, которое теперь применяется для слежки за политиками, журналистами и правозащитниками по всему миру.
В прошлом году администрация Байдена подписала контракт с другой израильской компанией по производству шпионского ПО — Paragon. Стоит ли ожидать, что когда-нибудь мы узнаем, что именно такую технологию США использовали для слежки за Альбанезе и другими экспертами по международному праву под предлогом ведения так называемой «экономической войны»?
IBM обучает израильских военнослужащих и сотрудников разведки и играет ключевую роль в сборе и хранении биометрических данных палестинцев. Hewlett Packard Enterprises поставляет технологии оккупационному режиму Израиля, тюремной службе и полиции.
Microsoft создала свой крупнейший центр за пределами США именно в Израиле, откуда разрабатывает системы для израильской армии, а Google и Amazon заключили контракт на сумму 1,2 миллиарда долларов по обеспечению технологической инфраструктурой.
Престижный исследовательский университет MIT (Массачусетский технологический институт) сотрудничает с Израилем и такими компаниями, как Elbit, в разработке автоматизированных систем вооружения для дронов и совершенствовании их роевых построений.
Palantir, поставляющая израильской армии платформы искусственного интеллекта, объявила о расширении стратегического партнёрства в январе 2024 года — в самом начале израильской резни в Газе — в рамках того, что новостное агентство Bloomberg назвало «Battle Tech» (технологии боя).
За последние 21 месяц Израиль внедрял новые автоматизированные программы с управлением ИИ — такие как «Lavendar», «Gospel» и «Where’s Daddy?» — которые выбирают огромное количество целей в Газе практически без участия человека.
Альбанезе называет это «тёмной стороной страны стартапов, настолько глубоко и неразрывно связанной с целями и интересами военной промышленности».
Неудивительно, что технологические компании прибегают к хорошо известным клеветническим приёмам в адрес специального докладчика и ООН за то, что они приоткрыли завесу над их деятельностью. The Washington Post сообщила, что после публикации доклада Альбанезе сооснователь Google Сергей Брин назвал ООН «откровенно антисемитской» в разговоре на внутреннем форуме компании.
Концентрационный лагерь
В докладе Альбанезе упоминается длинный список известных компаний: Caterpillar, Volvo и Hyundai обвиняются в поставках тяжёлой техники для разрушения домов, мечетей и инфраструктуры в Газе и на Западном берегу.
Крупнейшие банки, такие как BNP Paribas и Barclays, гарантировали выпуск государственных облигаций, чтобы поддержать доверие рынка к Израилю в период геноцида и сохранить для него благоприятные процентные ставки.
Энергетические компании BP, Chevron и другие получают прибыль от существующих газовых месторождений в восточном Средиземноморье и газопроводов, проходящих через палестинские территориальные воды у побережья Газы. Израиль выдал лицензии на разведку собственного неразработанного газового месторождения у берегов Газы вскоре после начала геноцидной резни.
Последний план Израиля — по его собственным словам — создать внутри Газы «концентрационный» лагерь, в котором палестинские мирные жители будут находиться под плотной охраной и вооружённым контролем, несомненно, будет опираться на бизнес-партнёрства, аналогичные тем, что стоят за фальшивыми «центрами распределения гуманитарной помощи», уже навязанными населению анклава.
Израильские солдаты дали показания о том, что им приказывают стрелять в толпу голодающих палестинцев, выстраивающихся в очереди за едой у этих центров — именно поэтому уже в течение нескольких недель ежедневно погибают десятки человек.
Эти центры, управляемые обманчиво названной «Гуманитарной организацией Газы» (Gaza Humanitarian Foundation), отчасти являются детищем Boston Consulting Group — той самой консалтинговой компании, которую в этом месяце уличили в участии в заговоре по превращению Газы в «Ривьеру Ближнего Востока» без палестинцев, согласно плану Трампа.
Планируемый Израилем концентрационный лагерь, который будет построен на руинах города Рафах и вновь обманчиво назван «гуманитарной зоной», будет предусматривать обязательную «проверку безопасности» всех, кто туда входит — с использованием биометрических данных — перед их фактическим заключением.
Несомненно, внутренний контроль над лагерем будут осуществлять другие подрядчики, главным образом с помощью автоматизированных систем, — до тех пор, пока, по словам израильского правительства, не будет реализован «план эмиграции» по насильственному выселению населения из Газы.
Альбанезе указывает на многочисленные исторические прецеденты, когда частные корпорации играли ключевую роль в самых ужасающих преступлениях человечества — от работорговли до Холокоста.
Альбанезе призывает юристов и представителей гражданского общества добиваться судебного преследования этих компаний в странах, где они зарегистрированы. Там, где это возможно, потребители должны оказывать давление, бойкотируя продукцию и услуги этих корпораций.
В заключение она рекомендует государствам ввести санкции и эмбарго на поставки оружия Израилю.
Кроме того, она обращается к осаждённому Международному уголовному суду — четверо его судей, как и она сама, находятся под санкциями США — а также к национальным судам с призывом «расследовать и привлекать к ответственности руководителей компаний и/или юридические лица за их участие в совершении международных преступлений и отмывании доходов, полученных от этих преступлений».
Психопатическая культура
Всё это имеет ключевое значение для понимания того, почему западные столицы продолжают соучаствовать в израильской резне — даже несмотря на то, что учёные, специализирующиеся на изучении Холокоста и геноцида (в том числе многие израильские), пришли к твёрдому консенсусу: действия Израиля приравниваются к геноциду.
Правящие партии в таких странах, как США и Великобритания, в значительной степени зависят от крупного бизнеса — как для победы на выборах, так и для сохранения популярности после них, за счёт продвижения «экономической стабильности».
Кир Стармер пришёл к власти в Великобритании, отказавшись от модели народного финансирования, которая была характерна для его предшественника Джереми Корбина, и, напротив, активно заигрывая с корпоративным сектором, обещая, что партия будет действовать в его интересах.
Его заверения также сыграли ключевую роль в том, чтобы обеспечить поддержку со стороны принадлежащих миллиардерам СМИ — тех самых, что ранее яростно ополчились на Джереми Корбина, постоянно очерняя его как «антисемита» за его демократический социализм и пропалестинскую позицию. Эти же медиа затем расчистили Стармеру путь к Даунинг-стрит.
В США миллиардеры пошли ещё дальше — один из них, Дональд Трамп, сам оказался у власти. Однако даже его избирательная кампания зависела от финансирования крупных доноров, таких как Мирьям Адельсон — израильская вдова игорного магната Шелдона Адельсона.
Адельсон входит в число ведущих спонсоров, финансирующих обе главные партии США, и совершенно открыто заявляет, что её политический приоритет номер один — это Израиль.
После прихода к власти политические партии, по сути, оказываются в заложниках у крупнейших корпораций, которые диктуют условия как во внутренней, так и во внешней политике.
Финансовый сектор пришлось спасать за счёт налогоплательщиков — и его по-прежнему дотируют под видом так называемых «мер жёсткой экономии» — после того как его безудержная алчность обрушила мировую экономику в конце 2000-х. Тогда западные правительства сочли банки «слишком большими, чтобы дать им обанкротиться».
Аналогично и Израиль — крупнейший в мире инкубатор для индустрии вооружений и систем слежки — теперь стал слишком важным, чтобы позволить ему потерпеть крах. Даже когда он совершает геноцид.
Критики роста глобальных корпораций за последние полвека — такие как знаменитый лингвист Ноам Хомский и профессор права Джоэл Бэкан — давно указывали на присущие корпоративной культуре психопатические черты.
Корпорации юридически обязаны стремиться к получению прибыли и ставить интересы акционеров выше всех прочих соображений. Ограничений на их действия практически не существует — после целых волн дерегуляции, проведённых податливыми западными правительствами.
Бэкан отмечает, что корпорации безразличны к страданиям и безопасности других. Они не способны к устойчивым отношениям, лишены чувства вины и неспособны к самоконтролю. Ради увеличения прибыли они лгут, обманывают и вводят в заблуждение.
Эти психопатические черты систематически проявляются — от одного скандала к другому: будь то табачная или банковская отрасль, фармацевтические или энергетические корпорации.
Почему же крупный бизнес должен вести себя иначе, когда речь идёт о прибыли, связанной с геноцидом в Газе?
Бэкан обращается к тем, кто принимает его аргументы за теорию заговора. По его словам, психопатическое поведение корпораций — это не заговор, а отражение юридических императивов, заложенных в саму их природу как институтов. Это то, что он называет их «логической динамикой»: максимизировать прибыль и устранять конкурентов — независимо от последствий для общества, будущих поколений или самой планеты.
Толстея на геноциде
Ставки в Газе чрезвычайно высоки для западных правительств именно потому, что они столь высоки для корпоративного мира, наживающегося на израильском геноциде.
У правительств и корпораций есть мощный общий интерес — защищать Израиль от контроля и критики: он служит их колониальным цепным псом на богатом нефтью Ближнем Востоке и одновременно представляет собой дойную корову для индустрии оружия, слежки и тюрем.
Это и объясняет, почему Трамп и Стармер — с одной стороны, и университетские администрации — с другой, вложили столько политического и морального капитала в подавление тех площадок, особенно академической, где свобода слова и протеста, как считается, ценятся больше всего.
Университеты вовсе не являются сторонними наблюдателями. До того как их студенческие лагеря были разогнаны полицией, участники акций пытались обратить внимание на глубокую вовлечённость самих университетов в экономику оккупации и геноцида — как в финансовом плане, так и через исследовательские партнёрства с израильскими военными структурами и университетами.
Необходимость оградить Израиль от любого внешнего контроля также объясняет, почему на Западе столь поспешно и систематически любая попытка привлечь Израиль или его армию к ответственности за геноцид сопровождается обвинениями в «антисемитизме».
Отчаянные меры, на которые готовы идти правительства, наглядно проявились в этом месяце, когда британские чиновники и подконтрольные СМИ устроили бурю возмущения после того, как панк-группа на фестивале Гластонбери скандировала: «Смерть, смерть ЦАХАЛу!» — то есть израильской армии, ведущей геноцид.
И поскольку сила обвинений в антисемитизме ослабевает из-за их чрезмерного и произвольного использования, западные столицы теперь переписывают собственные законы, чтобы обозначать как «терроризм» любые попытки вмешаться в работу экономики геноцида, например, через саботаж оружейных заводов.
Мораль и международное право разметаются ветром, лишь бы сохранить самый прибыльный колониальный форпост Запада.
Обычный бизнес
Незаменимость Израиля для корпоративного сектора и подконтрольного ему западного политического истеблишмента простирается далеко за пределы крошечной Газы. Израиль играет ключевую роль в качестве инкубатора военной промышленности на глобальном поле боя, где Запад стремится сохранить свое военное и экономическое превосходство над Китаем.
В прошлом месяце мировая бизнес-элита — включая технологических миллиардеров, корпоративных гигантов, политических лидеров, глав СМИ, а также военных и разведывательных чиновников — вновь собралась на закрытом саммите Бильдербергского клуба, на этот раз в Стокгольме.
Среди наиболее заметных участников были гендиректора крупнейших поставщиков «оборонных» решений и производителей оружия, таких как Palantir, Thales, Helsing, Anduril и Saab.
Боевые беспилотники – используемые инновационным образом ключевыми военными клиентами, такими как Израиль и Украина – были в приоритете повестки. Более глубокая интеграция ИИ в беспилотники, похоже, была основой дискуссий.
Подтекст в этом году, как и в предыдущие годы, заключался в якобы растущей угрозе от Китая и связанной с ней «авторитарной оси», включающей Россию, Иран и Северную Корею. Эта угроза рассматривается в основном в экономических и технологических аспектах.
В мае Эрик Шмидт, бывший глава Google и член правления Бильдербергского клуба, в тревожной колонке для The New York Times предупреждал: «Китай достиг паритета или даже начал обгонять США в целём ряде технологических сфер, особенно в области передовых разработок искусственного интеллекта».
Он добавил, что Запад участвует в гонке с Китаем за создание сверхразумного ИИ, и победитель получит «ключи к управлению всем миром».
Как и другие постоянные участники Бильдербергского клуба, Шмидт предрекает, что энергоёмкие потребности сверхразумного ИИ приведут к ужесточению борьбы за ресурсы — ведь Западу любой ценой нужно сохранить лидерство.
Или, как резюмировала атмосферу конференции The Guardian: «В этой отчаянной гонке по принципу “победитель получает всё”, где “геополитика энергии” становится важнее всего, электростанции — наряду с питаемыми ими дата-центрами — превратятся в главные военные цели».
Израильская бойня в Газе рассматривается как играющая решающую роль в открытии «поля боя».
Те же корпорации, которые наживаются на геноциде в Газе, могут извлечь выгоду из более благоприятной среды – с юридической и военной точек зрения – созданной Израилем для будущих войн, где убитые мирные жители считаются только “случайными жертвами”.
В апрельской статье журнала The New Yorker была изложена проблема, стоящая перед американскими военными стратегами, которые считают себя скованными с 1980-х годов ростом правозащитного сообщества, разработавшего экспертизу в законах войны независимо от корыстных трактовок Пентагона.
Результатом, с сожалением заявляют американские генералы, стало «всеобщее неприятие риска сопутствующего ущерба», то есть убийства мирных жителей.
Военные стратеги Пентагона стремятся использовать бойню в Газе как прецедент для собственного геноцидного насилия с целью подавления будущих экономических соперников вроде Китая и России, угрожающих официальной доктрине США о «полномасштабном глобальном доминировании».
The New Yorker излагает эту логику: «Газа не только выглядит как генеральная репетиция боевых действий, с которыми могут столкнуться американские солдаты. Это ещё и проверка терпимости американской общественности к уровню смертей и разрушений, которые влечёт за собой подобный тип войны».
Согласно изданию, развязанное Израилем геноцидное насилие расширяет «пространство для юридических манёвров» — ту самую правовую лазейку, которая позволяет совершать преступления против человечности на виду у всех.
Именно отсюда проистекает стремление западных столиц нормализовать геноцид – представить его как обыденность – и демонизировать тех, кто ему противостоит.
Оружейные корпорации и технологические компании, чьи бюджеты раздулись на геноциде в Газе, могут получить несравненно больше прибыли от аналогичной разрушительной войны против Китая.
Какую бы легенду нам ни продавали, в этой грядущей битве не будет ничего ни морального, ни экзистенциального. Как всегда, речь пойдет о богачах, жаждущих стать еще богаче.
ДЖОНАТАН КУК
