Вера и война. Христианский мир и агрессия против Украины

Многие религиозные лидеры высказались о вторжении в Украину. Светские СМИ широко освещали позицию Ватикана, однако более важной является позиция верующих США.

Здесь и начинаются проблемы. Американские эксперты уже поставили вопрос о том, почему Путин вторгся в Украину не при Дональде Трампе, а при Джо Байдене. Ответа пока нет. В годы своего президентства Трамп, напомню, оказался настроен резко против Украины, правительство которой отказалось помогать ему в поиске компромата на Байдена, сын которого работал в украинской газодобывающей компании Burisma.

Между тем одна из главных для триумфа Трампа избирательных когорт – консервативные баптисты США – очень благоволят Украине. Формально в Украине всего 2% протестантов (2 тысячи общин), а православных и грекокатоликов чуть ли не две трети от общего числа всех верующих. Но протестанты Украины это не фиктивная «религия ради национального самочувствия», это качественно другое, активное поведение.

Священнослужители во время божественной литургии в московском храме Христа Спасителя

Украина была родиной баптизма в Российской империи, благодаря проповедям немецких колонистов, но и в США огромное количество баптистов, корни которых уходят в ту же самую Германию. С 1993 года контакты многократно усилились. Украинская диаспора в США насчитывает несколько миллионов человек, она, вероятно, многочисленнее русской диаспоры. Доля активных баптистов среди них огромна, и они не испытывают никаких иллюзий относительно России. Очень многие американские баптисты ездили в Украину, тогда как в России они уже четверть века рискуют попасть в тюрьму как «иностранные миссионеры». Вот, например, что говорит Рик Лэнс, исполнительный директор Миссионерского союза баптистских миссий штата Алабама: «Многие алабамские баптисты неоднократно посещали Украину, я в том числе. Я полюбил народ этой страны. Украина так дорога сердцу алабамских баптистов, что мы обращаемся ко всем баптистам штата с общим призывом: давайте молиться за украинцев, оказавшихся в таком положении».

Столь же однозначна поддержка Украины американскими римокатоликами (украинцы и среди них составляют ощутимую часть) и грекокатоликами. Грекокатолики Украины были разгромлены Кремлём после Второй мировой, уцелели только те, кто нашёл убежище в Канаде и США. В 1990-е их потомки вернулись и возродили Грекокатолическую церковь. Почти полувековое пребывание в невольном плену у российского православия, когда все – все! – грекокатолические церкви были отданы Московской патриархии, оказалось чистой формальностью.

Сложнее с реакцией американских православных. Митрополит Тихон, глава Православной церкви Америки, созданной в 1970 году Русской православной церковью, выступил с призывом к Владимиру Путину «положить конец военным операциям». Есть, однако, два важных момента: украинцы названы братьями и сёстрами (без добавления привычного в церковном жаргоне «во Христе»). Это не очень деликатно, потому что агрессия России оправдывается Кремлём именно тем, что украинцы и русские «братья», а братьям негоже разделяться на государства. В Украине разговоры о «братстве» с 2014 года вызывают жесточайший отпор. К тому же Тихон выразил поддержку лично митрополиту Онуфрию, главе украинского отделения Московской патриархии, но не митрополиту Епифанию, главе Православной церкви Украины Константинопольского патриархата, то есть его сочувствие заслужили только украинцы «правильного» подчинения, московского.

Митрополит Онуфрий выпустил неожиданно патриотическое послание, однако со своими особенностями: «Отстаивая суверенитет и целостность Украины, мы обращаемся к президенту России и просим немедленно прекратить братоубийственную войну. Украинский и русский народы вышли из Днепровской купели крещения, и война между этими народами – это повторение греха Каина, который из зависти убил своего родного брата. Такая война не имеет оправдания ни у Бога, ни у людей».
Опять повторение ключевого кремлёвского мифа о том, что народы едины, братские, вышли из одного Днепра.

А что же сам патриарх Московский и всея Руси Кирилл? В минувшую среду, участвуя в церемонии по случаю Дня защитника Отечества, он заявил у Вечного огня: «Мы живем в мирное время, но знаем, что и в мирное время возникают угрозы. К сожалению, и в настоящий момент существуют угрозы – каждый знаком с тем, что происходит на рубежах нашего Отечества». Понятно, что имелись в виду рубежи, на которых сосредоточены без малого 200 тысяч российских военных, которым патриарх строго напомнил: «Каждый военнослужащий, принявший присягу, должен быть готов, если потребуется Родине, идти и защищать свой народ». То есть защитить братский русско-украинский народ от Владимира Зеленского и прочих угнетателей, обозначенных президентом России.

В четверг Кирилл выпустил обращение, в котором выступил как глава всех православных (и Украины, и России), в котором нет ни слова осуждения агрессора и только просьба: «Призываю все стороны конфликта сделать всё возможное, чтобы избежать жертв среди мирных жителей». Это о ком, о кремлёвской армии или об украинской? «Всё возможное» – это включает прекращение агрессии и вывод войск? Нет, просто «минимизировать» жертвы. Слова «война», разумеется, тоже нет. Священник украинской части Московского патриархата Василий Фёдоров заявил, что после выступления у Кремлёвской стены «мы прекращаем поминать [Кирилла] – он больше не наш патриарх. Нас идут «спасать», убивая наших детей». Это не так радикально, как кажется. «Прекратить поминовение» – это сугубо отрицательный жест. Ни митрополит Онуфрий, ни этот священник даже не задумываются, вероятно, над переходом в Константинопольский патриархат, о соединении с автокефальной Православной церковью Украины, возглавляемой митрополитом Епифанием. Никакие бомбёжки не пробудили в них чувства единства с собратьями по вере и несчастью. Заявление Епифания было, конечно, многократно смелее.

Вообще, у заявлений разных украинских конфессий есть одно слабое место: они раздроблены. Даже перед лицом агрессии верующие Украины пока не смогли выступить вместе. Есть и ещё более печальное обстоятельство: до сих пор не прозвучало ни одного совместного заявления верующих Украины и России. Баптисты России не объединились с баптистами России, выпустили отдельное заявление, очень беззубое: «В связи с обострением ситуации на территории Украины, призываем все церкви Российского союза Евангельских христиан-баптистов к усиленной молитве о скорейшем восстановлении мирной жизни».

Это саркастически прокомментировал в своём фейсбуке Юрий Сипко, один из неформальных лидеров российского баптизма: «Оказывается, нам верующим нельзя говорить о том, что Россия напала на Украину. Бомбят города… Смерть прилетела на истребителях, штурмовиках. Смерть несут ракеты, вертолёты, танки. Несут эту смерть наши ребята. Но говорить об этом нельзя. Нужно молиться. Если говорить нельзя, о чём молиться? Ведь и в молитве нельзя говорить о войне России против Украины».

Патриарх Кирилл выступает сравнительно осторожно, вероятно, чтобы в случае неожиданностей все свои выступления перетолковать. Точно так же двусмысленно он сочинял, будучи тогда вторым лицом в Русской православной церкви, заявление 20 августа 1991 года – призыв не проливать крови, безо всякой конкретики. Значительно резче выступает митрополит Иларион Алфеев, который при патриархе Кирилле Гундяеве занимает ровно то же место, что Гундяев занимал при патриархе Алексии (Ридигере). С самого начала появления Путина в публичной политике именно Алфеев стал активно реализовывать идеи «Русского мира». Теперь созданная им сеть насчитывает более тысячи приходов по всему миру. На сайте своего отдела он пишет вот что: «В греческом мире до сих пор есть какие-то наивные и некомпетентные люди, которые считают, что Москва насильно удерживает Украинскую Православную Церковь в своей юрисдикции. Послушайте, как мы можем насильно удержать ее, какие у нас для этого средства? Никаких средств нет. Мы даже не можем приехать в Украину… Украинский народ хочет оставаться с русским народом. И это не политический вопрос, а церковный. Его ни в коем случае нельзя смешивать с политикой, потому что политические отношения между Россией и Украиной могут быть какими угодно, но воля церковного народа заключается в том, чтобы сохранять единство».

Владимир Путин, министр обороны России Сергей Шойгу и патриарх Кирилл

Внешнеполитическое направление для Путина приоритетное, Церковь тут оказалась очень кстати, тем более что и до Путина, начиная с 1963 года, Московскую патриархию активно использовали как передового застрельщика Кремля за рубежом, и довольно успешно. До 1991 года Ватикан, например, бранил большевиков, но с распростёртыми объятиями принимал церковных лидеров из Русской православной церкви как представителей «гонимой церкви», хотя во многом они представляли советскую разведку. После 1991 года объятия стали ещё шире.

Блестящим дипломатическим достижением стала встреча папы римского Франциска и патриарха Кирилла на Кубе в 2016 году. Митрополит Иларион и после продолжил обхаживать папу Франциска. Папа, к примеру, восторгается российской оперной дивой Светланой Касьян, наградил её орденом Святого Сильвестра, принимал и её мужа. Муж Касьян Леонид Севастьянов, старообрядец, в своё время (по крайней мере до 2018 года) возглавлял фонд Василия Великого, через который, по ряду данных, финансировал, кого Кремль укажет. Финансировал одно время и русское издание «Католической энциклопедии».

В результате реакция папы римского на вторжение в Украину оказалась очень двусмысленной. Католические епископы России издали заявление, вполне угодное Кремлю: «Мы, как и вы все, глубоко потрясены тем, что, несмотря на огромные усилия по примирению, политический конфликт между Россией и Украиной перешёл в вооруженное противостояние. Это противостояние несет смерть и разрушение и угрожает безопасности всего мира. Народы наших стран объединяет не только общая история, но и общее огромное страдание, которое пало на нас в прошлом из-за безумия войны». Путин и Россия не названы агрессором. Нет слов о солидарности с украинцами. Война не названа войной, а «противостоянием». Но главное – «народы наших стран объединяет общая история», это как печать Кремля.

Призыв самого папы римского к миру оказался невероятно расплывчатым. Молиться о мире, но кого и с кем? В результате утром 24 февраля отец Даниил Галадза, профессор Папского Восточного института в Риме, нарушая все традиции, заявил в интервью американскому католическому журналу: он бы хотел, «чтобы Святой Престол не был столь осторожен и расплывчат в своих высказываниях о попытках России вторгнуться в [соседнюю] страну… Люди вообще боятся говорить, что Россия агрессор, либо потому, что это мешает политическим расчётам, либо потому, что у России невероятные финансовые возможности».

Последовало заявление пресс-секретаря папы кардинала Паролина, опять обтекаемое: папа «призвал все вовлечённые стороны «воздержаться от любого действия, которое может привести к ещё большему страданию народов, дестабилизировать мирное сосуществование» и «дискредитировать международное право». От чего должны были воздержаться украинцы?

Дальше произошёл один из тех сюрпризов, которыми прославился этот папа. Он, превозмогая боль в колене, которая вынудила отменить несколько важнейших богослужений, приехал в российское посольство в Ватикане. Неслыханное нарушение протокола, пробыл там папа полчаса. Пресса поспешила это истолковать благоприятно для Украины, но на сайте митрополита Илариона всё это было описано иначе: «Говоря о содержании беседы, российский дипломат А.А. Авдеев сообщил: «Папа Франциск хотел лично расспросить о ситуации в Донбассе и на Украине». «Интерфакс» процитировал одну из туманных речей папы, который «призывал лидеров к политической ответственности» при принятии решений, касающихся ситуации вокруг Украины. Он также напомнил об «испытании совести перед Богом, который является Богом мира, а не войны». То есть папа взывал к совести украинцев? Или всё-таки Путина?

Встреча патриарха Кирилла и папы римского Франциска на Кубе, 2016 год

28 февраля кардинал Пьетро Паролин заявил о готовности Ватикана «способствовать облегчению в поисках диалога» между Россией и Украиной. Такие заявления руководители Римско-католической церкви (вообще-то отстранённой от роли миротворца несколько веков назад, после неудачи в посредничестве при заключении венчавшего Тридцатилетнюю войну Вестфальского мирного договора 1648 года) делают только в том случае, если их предложение будет принято. Однако в понедельник первые контакты между представителями Москвы и Киева на украинско-белорусской границе прошли без всякого участия Святого престола.

На этом фоне особенно весомо прозвучало заявление бывшего президента США 97-летнего Джимми Картера, классического «южного баптиста», много лет преподающего в воскресной школе: «Ничем не оправданное нападение на Украину с использованием военного и компьютерного оружия нарушает международное право и фундаментальные права украинцев. Я осуждаю эту несправедливую атаку на суверенитет Украины, угрожающую безопасности Европы и всего мира, и я призываю президента Путина оставить все военные действия и восстановить мир».

ЯКОВ КРОТОВ

https://www.svoboda.org/a/vera-i-voyna-hristianskiy-mir-i-agressiya-protiv-ukrainy/31726053.html

Наверх