Концентрат лекции РУСЛАНА АЙСИНА
Четырехугольная модель мирового социума
Современная глобальная система устроена по принципу четырехугольника, где каждый угол представляет определенную силу. Эта концепция, основанная на методологии Гейдара Джемаля, объясняет динамику мировых процессов через взаимодействие четырех основных акторов. Пифагор считал треугольник самой устойчивой фигурой, а четырехугольник — вторым по устойчивости. Мировая система стремится к трехчастной пирамиде, но пока остается четырехугольной.
Согласно этой модели, три активных Клуба ведут борьбу за влияние на четвертый — молчаливое большинство. Каждый из этих клубов имеет свою структуру, цели и методы воздействия. Диаграмма показывает, что либералы контролируют 50+1% «акций» мирового социума, традиционалисты — 25+1%, а оставшиеся 25%-1% распределены между миноритарными группами.
Либеральный клуб: архитектура доминирования
Либеральный клуб со штаб-квартирой в Соединенных Штатах после 1945 года стал доминирующей силой в мировой системе. Произошел настоящий рейдерский захват посредством Второй мировой войны — либералы забрали 25% «акций» у традиционалистов и получили контрольный пакет в 50+1%.
Структура либерального клуба включает два основных компонента:
1. Международное организованное еврейство выполняет роль посредников и менеджеров, решая различные вопросы, но не являясь держателями основных акций.
2. Спекулянты-финансисты управляют банками, фондовыми рынками и деривативами.
А Глобальный криминал, который контролирует более 50 направлений теневой экономики — от торговли наркотиками и оружием до криптовалютного мошенничества и международная бюрократия, представленная структурами типа ЕС, ООН, ЮНЕСКО — уже инструментарий роялов.
Либералы создали альтернативную систему контроля, заменив традиционных жрецов психоаналитиками и социальными работниками. Человек теперь приходит к психологу, как раньше шел к священнику — ложится на кушетку, исповедуется, получает «отпущение» через таблетки или терапию. Тот же алгоритм контроля, но в секулярной оболочке.
«Международное еврейство является частью Либерального клуба, но не является ни держателем основных акций, ни держащими шишку. Их задача — быть менеджерами эффективными, решать всякие вопросы.»
Традиционалистский клуб возвращается
Традиционалистский клуб представляет старейшую форму организации власти, основанную на аристократических домах и сакральных структурах.
До 1945 года они были мажоритарными акционерами глобального социума, но поражение в войне отодвинуло их на второй план. Теперь, спустя 80 лет, традиционалисты берут реванш.
Особенность традиционалистов в том, что они транснациональны и контролируют криминальные структуры не только через спецслужбы, но прежде всего через сакральное обоснование их существования. Наиболее ярко это проявляется в связке Ватикан — сицилийская мафия. Криминал выполняет роль неофициальной спецслужбы, решающей «грязные дела» без следов.
Традиционалисты дают криминалу самое важное — обоснование существования через sacre, через священническую миссию. Эти структуры уходят корнями в 14–16 века и представляют собой глубоко укорененную систему власти. Их цель — создание мировой империи, о которой писал тот же Данте Алигьери, глобального клуба господ, международного правительства.
Радикальный клуб: пенсионарии благородных целей и люди длинной воли
Радикальный клуб стоит особняком в мировой системе. Это люди благородных целей, выступающие за справедливость, но не внутри системы, а против самой мировой системы.
Радикализм здесь понимается не как экстремизм (само слово образовано от латинского «корень»), а как центровой подход, когда человек стоит на принципиальных позициях.
Радикалы пока не имеют «акций» в мировой системе, поэтому вынуждены договариваться с представителями других клубов, взаимодействовать с ними тактически.
Они присутствуют везде, где идет протест и противостояние — от Колумбии и Бразилии до Синьцзяна и Индии. Пока они разрознены, их взаимодействие носит общий идеологический характер, но не имеет единого штаба.
В текущий момент радикалы и традиционалисты бьют либералов в рамках тактического союза. Когда
Либеральный клуб будет разгромлен, начнется война не на жизнь, а на смерть между традиционалистами и радикалами.
Альтернативой глобальному обществу является система, выстроенная на конфедерации общин, джамаатов людей доброй воли. Везде, где идет протест, везде, где противостояние, там представители радикального клуба. Да, они пока расшиты, да, они пока являются такими осколками, но их взаимодействие, их коммуникация с общим штабом вопрос времени.
Молчаливое большинство: объект манипуляций
Четвертый угол мировой системы представляет молчаливое большинство — самый массивный, но самый аморфный и неорганизованный сегмент глобального социума. Этот multitude (от латинского «множество, масса; толпа») в уникальном положении — представители трех активных клубов борются за его внимание и поддержку.
Проблема молчаливого большинства в том, что когда люди объединяются в массу, они превращаются из субъектов в объект. Ценность тех, кто озабочен смысловыми аспектами жизни, многократно увеличивается, а у массы ценностная система постоянно подвергается инфляции. У большинства нет собственного дискурса, нет политического проекта.
Поэтому масса ориентируется на популистов — тех, кто выходит и говорит: «Я буду вашим защитником, вашим народным трибуном». Молчаливое большинство идет за тем клубом, который демонстрирует наибольшую силу и убедительность.
Подобно хвосту кометы, растянутому на миллионы километров, который тянет за собой небольшое ядро — малый отряд увлекает за собой всех остальных.
Ценность тех, кто озабочен смысловыми аспектами жизни, многократно увеличивается. А у массы ценностная система, напротив, постоянно инфляционирует.»
Иерархия национальных бюрократий
Мировая система национальных государств выстроена по четырехуровневой иерархии, где каждый уровень определяет степень влияния страны на глобальные процессы.
1-й порядок представлен Соединенными Штатами — национальной бюрократией, которая снимает дань со всех через доллар, военно-политическое доминирование и ценностную систему. Америка выступает как мировой жандарм и судья, хотя при Трампе наблюдается попытка ухода в изоляционизм.
2-й порядок включает Британию и Францию — страны, которые имеют колонии и снимают с них ресурсы. Их статус несколько ослаблен после Второй мировой войны, но они сохраняют значительное влияние.
3-й порядок составляют Россия, Китай, Индия, Турция и Иран — бывшие империи, потерявшие статус вследствие исторических катаклизмов. Они пытаются подняться с третьего на второй уровень, используя различные стратегии. У каждой из этих стран есть свой «Крым» — спорная территория, контроль над которой символизирует имперские амбиции.
4-й порядок представлен странами-объектами, которые ничего не решают в мировой политике.
Современная динамика конфликтов
Текущая мировая ситуация характеризуется кризисом Либерального клуба и усилением позиций традиционалистов.
То, что происходит на Ближнем Востоке, представляет собой не просто региональный конфликт, а проявление глобального противостояния между различными клубами за передел мирового влияния.
Иран занимает особое положение в этой системе. По форме — это национальное государство третьего порядка, но по содержанию — часть традиционалистского establishment. Поэтому конфликт Ирана с Израилем представляет собой столкновение традиционалистов с Либеральным клубом в более широком контексте.
Правые повороты от Трампа до Европы и Китая представляют собой аллергическую реакцию на наступление традиционалистов. Но традиционалисты движутся «тихой сапой», step-by-step к окончательному решению исторического вопроса.
Кризис — это именно то, что нужно традиционалистам, поскольку демонстрирует несостоятельность либерального дискурса.
Страны третьего порядка пытаются использовать мировой кризис для повышения своего статуса. Россия, Китай и Индия хотят сделать рывок из пролетариев в миноритарии, воспользовавшись ослаблением Либерального клуба.
Традиционалисты, используя эту ситуацию, продемонстрировали, кто в доме будет следующим хозяином, настоящим хозяином. Спустя 80 лет, они понимают, что исход уже вот он на пороге.
Технологические изменения и новый феодализм
Мир переходит в стадию нового феодализма и нового средневековья. Переход к новому техно-цивилизационному укладу кардинально меняет структуру власти и делает многие прежние элементы системы ненужными.
ИИ, Big Data, блокчейн-системы, криптовалюты и интернет вещей создают принципиально новую архитектуру контроля. В этой системе финансовые спекулянты становятся излишними — их функции переходят к машинам. Наступает эра технофеодалов, которые контролируют цифровые платформы и данные.
Международное еврейство также теряет свои позиции, поскольку их роль посредников и менеджеров в новой системе не востребована. То, что Хайдеггер называл «машинностью» (Maschinschaft), теперь заменяет человеческие функции в сфере финансов и управления.
Криптовалюты и цифровизация подразумевают тотальный контроль, где старые формы спекуляций и посредничества уходят в прошлое.
Центры новой финансовой системы смещаются в ОАЭ, которые заменяют Израиль в качестве нового финансового хаба.
