Ценность подлинного проекта в его невозможности. Только «нереалистичные» проекты могут произвести радикальную трансформацию. Следовательно, стоит браться только за те проекты, которые не соответствуют параметрам «реализуемости».
Подлинный проект инициируется сверх-вызовом, который был брошен субъектом в сторону несправедливого, неправедного статуса-кво.
Прежде чем я буду описывать принципы вне-реальной проектной деятельности (это будет в следующих статьях), следует сначала разобраться с инженерным и политтехнологическими способами ведения проекта.
1. Инженерный способ
Инженерный способ является по своей сути прогнозированием результатов. Данный способ сводится в следующем: инженер-проектировщик определяет комбинированные соотношения материальных и человеческих ресурсов при задействовании определенных «природных законов/сил».
По завершении исполнения планов/рецептов, инженер сопоставляет фактический результат с прогнозом. Если разрыв с планом существенен, инженер меняет соотношения ресурсов и корректирует ожидания для последующего витка работы. В результате многочисленных повторов разрыв сокращается. Все те продукты-техники, которые мы имеем, есть компромисс между первоначальными задумками и «скорректированными» целями.
Инженерный способ очень редко создает радикально новое. Сдвиги в научно-технических парадигмах происходили в результате бесчисленных повторов и огромных трат ресурсов и человеческих жизней. Технический прогресс обещает многое, но даёт ничтожно малое: человечество не становится более счастливым, мир не становится менее несправедливым. Прогресс обеспечивается растратой жизненного времени человечества. Инженерный (технократический) способ в сфере политического не подходит по причине того, что он является заложником прошлого опыта, текущего состояния и не направлен на радикальную трансформацию.
2. Политтехнологический способ
Политтехнология является жалкой пародией инженерного подхода. Политики (политиканы, политтехнологи, полит-имитаторы) нашего времени всегда исходят из «реального положения», «реального расклада сил», формируют «реалистичные ожидания» для других, учитывают «располагаемые средства» и ставят перед собой «реалистичные цели». Но они не способны сформулировать альтернативное политическое видение.
Более активно настроенные политики пытаются возглавить протестные движения. Однако пристально изучив их повестку, невозможно обнаружить ничего принципиально нового. Массы, следуя коллективному инстинкту, не склонны довериться таким политикам. И поэтому ни одна из задач их проектов не будет реализована.
3. Введение в сферу ИНОГО
Отказ от привычных способов ведения проектов не приводит к автоматическому включению иного режима деятельности. Всё начинается (и продолжается) с внутренней работы.
«Сначала нужно прийти к интеллектуальному убеждению в необходимости следования этому свету сердца. Иными словами, создать внутренюю интеллектуальную предпосылку для проявления той воли, которая будет сержнем Веры. Вера основывается не на том, что «что есть», а «что должно быть.” (Гейдар Джемаль, лекция «Цветы зла»).
Интуитивная наблюдательность может предворять работу с вне-реальным. Ниже приведу два исторических примера и одну метафору, которые, как я надеюсь, приблизят к началу понимания.
Небольшая община пассионарных людей, чьи сердца и умы открылись Откровению (Абсолютно Иному), быстрыми темпами начала создавать принципиально новое пространство человеческого бытия. В этом пространстве начали зарождаться особый склад мышления и мировосприятия, который был способен четко различать Зло и Добро. Такой феномен не был предопределен никакими реальными обстоятельствами инерционного бытия, только Иное могло спровоцировать тектонический сдвиг в слоях реальности.
Другой пример:
Население одного из «неразвитых территорий», вопреки всем рискам, жертвуя своими комфортом, жизнью, бросили вызов бесноватой тирании, которая вооружена всевозможными агрегатами массового уничтожения живого и неживого. Эта община, не имея харизматичного гения-вождя и регулярную армию, смогла диктовать собственную политическую повестку.
Феноменальная стойкость палестинского народа стала триггером сдвига в мировозрении людей по всему миру, вызвала цепную реакцию политических преобразований на далекие годы вперед. Эта община была изначально заряжена Иным, и её «Нет!» шёл вопреки реальному раскладу и интересам сильных мира сего.
Следующая метафора возможно поможет нащупать пульс в восприятии Иного:
Длинная зигзагообразная трещина на стене есть пустота, которая образовалась под влиянием незримой силы. Иное есть сила и оно может проявиться как анти-реальность, наблюдаемое отсутствие как след его разрывного воздействия.
«Ориентация Север» является главным генератором методологии мышления при работе с проектами, будь то это проект независимых политий в колониальном пространстве, проект Большого Турана, стратегии авангардной политики, медийные-художественные проекты, альтернативные философии и науки и т. д. Думаю, что текст из «Ориентации Север» (ниже) поможет более глубже погрузиться в дискурс:
63. Невозможность не имеет ни корня, ни участия, ни перспективы в возможном.
64. Она не является даже отрицанием или игнорированием возможного.
65. Невозможное существует только как скрытый поток, всегда противоположный немотивированному ветру.
66. Проблема невозможного для живого существа начинается с поворота против вызвавшей его к жизни причины.
67. Этот поворот, другими словами, есть восстание против позитивного духа.
68. Только через такое восстание живого существа ветер ИНОГО, сталкиваясь с ветром первопричины, обретает силу.
69. Внутри носителя бунта рождается перспектива поражения объективного рока.
70. Эта перспектива вспыхивает как точка невозможности в беспредельном потоке инерции.
71. Даже эта самая малая частица пробужденности оперативна и реальна.
72. Ее носитель стоит выше всех иерархий спящего космоса.
«Ориентация Север», глава «Пробужденность»
ДАМИР ХАЙДАРОВ
