06.05.2026
Трампизм как сакральный мимезис: от Жирара до Палантира и Гренландии
Когда социальные сети Трампа раз за разом выплёвывают изображения, на которых лицо нынешнего президента США приклеено к телу распятого Христа, к фигуре Капитана Америки, к образу врачующего Иисуса у больничной койки, — соблазн отмахнуться очень велик. Сказать: ну старик, ну нарцисс, ну MAGA-активистки шалят, ну искусственный интеллект балуется. Списать всё на хаос характера, на возрастные путаницы, на то, что Трамп уже не отличает Украину от Армении, Армению от Камбоджи, а Иран — от той страны, чьи суда покоятся где-то на дне моря.
Но в этом отмахивании и заключается главная ошибка. Потому что трампизм — явление не такое простое, как хотелось бы либеральной публицистике. За пожилым нарциссом, путающим географию, стоит вполне определённая, выстроенная и философски обоснованная религиозно-политическая система. И если мы хотим понимать, что именно сейчас, в эти дни мая 2026 года, разворачивается на наших глазах, придётся начать не с самого Трампа, а с тех, кто вытолкнул его на авансцену.
Трамп, если говорить честно, — исторический трикстер. Не личность, а функция. История раз за разом выводит на сцену таких разрушителей, чтобы они выполнили своё предназначение: сломать износившуюся систему общественных и экономических отношений. В этом смысле Трамп неотвратим, как Немезида. Он — не причина, он — следствие. А вот причину следует искать в людях, которые финансировали его, обеспечили ему вторую каденцию и сегодня формируют идеологический каркас его режима.
Питер Тиль и философия вертикального прогресса
Присмотримся к фигуре, которую в России научились произносить с придыханием, не понимая, о чём, собственно, идёт речь. Питер Тиль — основатель PayPal, основатель и глава Palantir, ученик французского философа Рене Жирара. Немец по происхождению, человек по американским меркам действительно образованный — в отличие от Трампа, который, впрочем, тоже не дурак, как бы ни хотелось это представить русскоязычной прессе.
Чтобы понять, откуда у Трампа этот пафос мессианства, придётся сначала разобраться с двумя ключевыми понятиями философии Жирара: мимезис и «козёл отпущения». Суть проста. Человеческое общество имеет в качестве доминирующей этологической функции — подражание. В основе подражания лежит зависть. Среднестатистический современный человек тратит большую часть своей жизненной энергии на то, чтобы быть похожим на других. «Чтоб как у всех», «не хуже», «как у людей», «будь проще, люди к тебе потянутся» — все эти бытовые русские формулы есть прямые иллюстрации жираровского мимезиса.
Тиль продолжает мысль учителя на практическом уровне и говорит: существует две формы прогресса — горизонтальный и вертикальный. Горизонтальный — это бесконечное повторение и подражание. Десяток марок автомобилей в каждом классе. Множество операторов сотовой связи. Сотни докладов на конференциях о том, как именно вот этот коллектив авторов лечит вот эту конкретную болезнь одним и тем же методом. Энергии тратится много, КПД минимальный, плюс деструктивный эмоциональный фон зависти всех ко всем.
Вертикальный прогресс — это совсем другое. Это когда кто-то один делает нечто принципиально новое: не дженерик, а оригинальный фармпрепарат; не очередную систему софта, а прорывную платформу. Маск с электромобилем и Starlink. Сам Тиль с PayPal и Palantir. Это и есть гении, которым общество, по мысли Тиля, обязано своим конечным процветанием. И именно они, по этой логике, должны иметь в обществе особые права.
Palantir, или Как разрушить миф о «мировой закулисе»
Само слово «Палантир» в русскоязычной экспертной среде стало кодом для разговора о тайном мировом правительстве. Сивковы и Соловьёвы, те самые «эксперты», у которых российская вооружённая группировка пятый год подряд маршем идёт к Одессе и не может дойти, на голубом глазу рассказывают: вот оно, мировое зло, вот они, нас всех видят, всё про всех знают.
Бред сивой кобылы. И сегодняшний день, кстати, удачен для этого разговора. 4 мая вечером по американскому времени был опубликован отчёт Palantir за первый квартал. Рост выручки в сопоставимых периодах — 78%. Почти двукратный рост прибыли. Кратный рост заработков на акцию. Это компания, которая блестяще управляется и блестяще развивается. И при этом сегодня, в реальном времени, на NASDAQ её акции падают на 7% после блестящего отчёта. Скажите, пожалуйста, на «мировую закулису» бывают публичные атаки и публичное выбивание пыли? Конечно, нет.
Биржевой шакал по фамилии Бьюрри, профессиональный игрок на понижение, объявил, что Anthropic «съест обед» Палантира. И группа таких же гринмейлеров несколько недель занимается тем, что убивает котировки. Уоррен Баффетт, уходя на пенсию, грустно сказал: “ребята, честного рынка не стало”. И он прав.
Что такое Palantir на самом деле? Очень простая вещь. Это компания, которая делает программное обеспечение для правительств. И не только для «страшного» Пентагона, где есть секретная информация. Две недели назад Palantir подписал контракт на сотни миллионов долларов с Министерством сельского хозяйства США. Половина недовольства американских фермеров — тех самых реднеков, аудитории Трампа — связана с тем, что правительственная регуляция запутана и забюрокращена. Palantir принёс систему «одно окно — один фермер». Между фермером и государством — один клик.
Бюрократ в принципе не способен сам создать решение своих проблем, потому что тогда он становится не нужен. И тогда приходит со стороны Карп, или Тиль, или Маск и говорит: “вы не волнуйтесь, у вас будет работа, просто отойдите в сторону”. То же самое — с Пентагоном, с ФБР, со всеми остальными правительственными клиентами. Никакой мистики. И, кстати, АНБ — настоящая секретная служба, которая действительно знает всё про всех, — работает не с Палантиром, а с Microsoft. Так что миф рассыпается, стоит лишь начать называть цифры и фамилии.
Война всех против одного: рождение нового элитаризма
Здесь мы возвращаемся к Жирару. Если общество есть война всех против всех, то выход из этой войны язычество находило в искупительной жертве. «Козёл отпущения» — тот, на кого мы сваливаем всё несовершенство, кого обвиняем во всём. Финикийцы и карфагеняне приносили в жертву первородных сыновей, чтобы умилостивить Ваала. Современное общество устроено сложнее, но механизм тот же. И «козлом отпущения» оказывается, как правило, «Иной» — выдающийся человек, более талантливый, более духовный. Классика школьной травли: гения физики и математики, который не умеет драться, бьют троечники. Это и есть война всех против одного.
Христианство в своё время предложило выход. Идея вочеловечившегося Бога, ставшего тем самым «Иным», автоматически выбивает почву из-под практики жертвоприношения. Война «всех против одного» становится сакрально невозможной. Именно отсюда, по большому счёту, и вырос фонтан идей научной революции, на котором западное общество стоит интеллектуально и технологически до сих пор.
Но человеческое нутро прёт изо всех ушей. «Иной» всё равно остаётся врагом. «Инородец» — это слово ужасное, мерзейшее в русском языке — всё равно во всём виноват. И в этой ситуации Тиль и его единомышленники говорят: хватит. Государство должно стать тем самым «Иным». Государство должно взять на себя функцию поддержки элитарного, вертикального, правильного прогресса. А мы за это, разумеется, заплатим.
Из этой логики и вырастает идея манифеста, написанного руководством Палантира: новые обязанности государства, новая миссия Запада, новая аристократия. Только проблема в том, что как только ты хочешь поработать за Бога, ты впадаешь в безбожие. Как только ты строишь новый элитаризм, ты строишь новый этатизм, новый фашизм. Потому что кто-то должен решить, кто будет в вертикальном прогрессе, а кто — в обслуге. И решить это должны, конечно же, сами визионеры.
Здесь нельзя не сделать русское отступление. Путинская Россия, как известно, обезьяна всего, что развивается в этом мире. У нас «новую аристократию» объявил Патрушев ещё в 2008 году, назвав ею офицеров ФСБ, отчасти ментов и прокурорских — то есть тех, кто в мундирах, «государевых людей». Новая опричнина. То есть в России — деградирующая опричнина, в Америке — технократический элитаризм. Один и тот же по структуре, только в Америке за ним стоят триллионы долларов и реальные технологические прорывы, а в России — закрытая отчётность Росстата, в которой минус 0,5 процента ВВП к апрелю превращается в плюс 1,5 процента, потому что так нарисовал коэффициент.
Лжемессия и оккультные корни нового Запада
Теперь становится понятно, почему Трамп раз за разом появляется в образе Христа. Это не случайность и не глупость MAGA-активисток. Это классическое христианское пророчество о лжемессии — антихристе, который будет пытаться выглядеть как Христос, как Второе Пришествие. В Средневековье говорили так: «дьявол — обезьяна Бога». Антихрист — это подражание Христу. Сакральный мимезис, если угодно.
Сам Тиль, между прочим, считается христианином, как и Трамп. И Тиль рассуждает примерно так: ребята, антихрист всё равно придёт, мы же знаем, в Откровении Иоанна Богослова это написано. Будут последние дни. Силы зла придут к власти. Так давайте мы примем превентивные меры и не допустим его прихода. Логический шаг, который Тиль делает де-факто, простой и страшный: давайте мы сами станем лжемессиями. Мы — избранные. Мы — гении. Мы своими объективно правильными решениями, своим Starlink, своим Палантиром — мы заслужили право решать за миллиарды людей, как они здесь будут жить.
Эта идея никогда не остаётся в чисто рациональных границах. Путь от вдохновения Мессией до желания стать лжемессией самому, а оттуда — до оккультных кружков с человеческими жертвоприношениями проходится с увеличивающейся скоростью. Это та самая «скользкая дорожка» из этики. И потому никаких «системных христиан» среди этой группы нет. Настоящее христианство для них — враг.
Здесь не обойтись без второго философского корня Тиля, помимо Жирара. Это Карл Шмитт. Идеолог политического тоталитаризма, юридическая основа немецкого национал-социализма. Главная идея Шмитта — абсолютный суверен. Суверен — тот, кто принимает чрезвычайное положение, чрезвычайное решение. То есть именно то, что делает Трамп: «мне плевать на это, на это, на это, я ввожу чрезвычайное». Трамп говорит про себя по Шмитту: я не «тварь дрожащая», я право имею. Смотрите, что я умею и что я могу. Я тот, кого пытаются сделать козлом отпущения, но кто на самом деле является воином света.
И вот теперь, наконец, можно понять историю с Гренландией. Что им втемяшилось в эту Гренландию? Если уж говорить о геополитике перехвата российских ракет, то логичнее было бы сначала забирать Шпицберген — там и китайская военная станция, и открытая фактически территория. Но нет, целятся именно в Гренландию. И здесь приходится вспомнить кое-что очень неприятное. В период с 1942 по 1944 год нацистская «Аненербе» посылала туда секретные экспедиции. Документы были засекречены, в 1945 году американцы выгребли всё дотла. Что именно «Аненербе» нашло в Гренландии — неизвестно. Но что-то очень для них важное.
В Гренландии есть городок Туле — по мифологии, столица Гипербореи. Именно в Туле изначально была расквартирована американская военная база. Совпадение? Возможно. Но помимо объективной военно-политической повестки, для решения которой существующих нормативных баз более чем достаточно, у этой конкретной элитной группы, которая сегодня оказалась у власти в США, есть и оккультная подоплёка. Технократы, элитаристы, оккультисты. Это не «теневое правительство», стоящее за Трампом, — это одна из конкурирующих групп, которая на данный момент подмяла под себя Республиканскую партию.
Зятёк, Витёк и Шура Балаганов: цена жульничества
Несколько слов о самом Трампе. Он, повторюсь, парень совершенно неглупый. Когда русскоязычная пресса хихикает над тем, что он с отличием закончил военное училище, она просто не понимает, о чём речь. Американское военное училище — это элитарное учреждение, ложа, замкнутая по существу. Там не готовят будущих лейтенантов от безысходности, там воспитывают элиту, которая потом всю жизнь друг друга «тащит». Папа Трампа, видя тяжёлый характер сына, отправил его именно туда, и не зря. Миллиардерами в недвижимости дурачки тоже не становятся.
На фоне Трампа, как ни парадоксально, простаком выглядит Обама. Соцработник из трущоб, два срока в Сенате штата, один в Сенате США — и в президенты. Ничего руками не делал, в промышленности не работал, в бизнесе не работал, рынка труда не понимает. Его задача была другая: вытянуть тех, кто оказался обделён по расовому или имущественному признаку, до минимального уровня. Это опыт сохранения жизни, не опыт развития. И Трампа с Тилем это бесит до глубины души.
Реагирует Трамп при этом действительно по-звериному. Когда его ранили в ухо во время покушения, когда ему оставался сантиметр до выбитых мозгов, он повёл себя так, как способен далеко не каждый. Американцы для этого имеют слово guts — парень с яйцами. Воля — это тоже талант. Именно поэтому визионеры выбрали его своим тараном.
Но понимает ли он, что говорит? Боюсь, что не всегда. У Трампа есть, скорее, грубая бинарная система опознавания: «плохой — хороший», «наше — не наше», «в тему — не в тему». Этого хватает, чтобы транслировать сложные конструкции, которые ему пишут другие. Беда же в том, что он, как Шура Балаганов, не может не воровать. Бизнес недвижимости — самый воровской по природе. И те, кому Трамп доверяет, — такие же жулики. «Зятёк и Витёк», как остроумно сформулированы — Кушнер и Виткофф. За полтора года до второй каденции Трамп утроил свое состояние. На инсайдерской торговле в первую очередь. А это уже не девелоперский азарт, это чистая коррупция.
Трагедия в том, что Маск, Тиль и прочие настоящие гении вертикального прогресса оказались заложниками этого хабалистого девелоперского подхода. Они думают, что они таскают блестящие идеи, а идеи оборачиваются миллиардами в кармане семьи Трампа. Это уплощает дело и уже сейчас является залогом провала очень многих их планов.
Эпилог: монополия как уксус демократии
Перефразируя известный афоризм Черчилля: “демократия — это очень плохо, но всё остальное гораздо хуже”. То же и с конкуренцией: она невыносима, она унизительна для гения, но любая монополия гораздо хуже. Вино неизбежно переходит в уксус. Тили и Маски, начав с прорывных платформ, рано или поздно скатятся в обыкновенный индустриальный монополизм по образцу американских трестов начала двадцатого века, за которые Америка, между прочим, заплатила колоссальную кровавую цену.
А пока на NASDAQ в реальном времени, в эти самые часы, разворачивается их любимая драма. Группа шакалов-гринмейлеров обрушивает акции компании, которая показала 78% роста выручки. Тиль лично теряет миллиарды. И в этой обиде — обиде гения на то, что обыватель смеет тащить его за штанину, — рождается философия нового тоталитаризма. Технологического. Элитарного. С неизбежным оккультным шлейфом — от Туле до Шмитта, от Жирара до «Аненербе».
В исламе для подобных фигур есть точное определение: аулия аш-шайтан — «святые сатаны». В христианстве — антихрист, лжемессия. В философии — трикстер. Имя меняется, суть остаётся. И хочется надеяться, что человечество найдёт способ пройти этот исторический поворот, не заплатив за технологический прогресс ту цену, которую от него уже сейчас требуют новые аристократы Кремниевой долины.
ДМИТРИЙ БАЛАЛЫКИН
06.05.2026
Подключите эксклюзивный VPN-POISTINE. Надежный. Безопасный. Наш
