Руслан Айсин

В феврале 1979 года в Иране победила революция, свергнувшая шахский режим и положившая конец западному господству в этой стране. В Москве ее назвали буржуазной, в Европе — демократической. В самом Иране она была объявлена исламской. На деле же она была консервативной, поддержанной традиционалистским клубом. Кстати, многие наши державные мыслители мечтают о консервативной революции в координатах

Русская литература тоже требует переосмысления. Однозначно и безоговорочно. Нас приучили ее принимать как априори моральный незыблемый авторитет. Как недосягаемую вершину всего и вся. Сделали культ, буквально всадили в мозги строки Пушкина: Я памятник себе воздвиг нерукотворный, К нему не зарастет народная тропа, Вознесся выше он главою непокорной Александрийского столпа. … Слух обо мне пройдет по

Россия оказалась в межвременье. С одной стороны, она как бы элемент старого миропорядка и к его элементам и сущностям неизменно апеллирует, с другой же, у нее нет ресурсов вылезти в былом «величии» в новый уклад, формирующийся на наших глазах.  Единственная форма, за которую она сейчас держится и предлагает ее мировому истеблишменту — новый извод либерал-чекизма.