Концентрат совместного стрима МУРАТА ТЕМИРОВА и РУСЛАНА АЙСИНА
Тройственный осевой альянс
Трамп, Нетаньяху и Путин формируют неустойчивую тройку, где каждый преследует собственные интересы. Трамп представляет либеральный клуб и финансовый капитал, несмотря на популистскую риторику.
Традиционалистский клуб во главе с британскими Виндзорами противостоит американским либералам. Король Чарльз уже назвал Путина «новым Гитлером», намекая на его предполагаемую роль в будущих конфликтах.
Либералы же хотят сделать из Путина «русского Черчилля» — фигуру, которая поможет им переформатировать Ближний Восток, а затем будет принесена в жертву.
1
Россия ведет войну против Украины тактикой «парового катка» — постоянным давлением по всему тысячекилометровому фронту без учета потерь. Современные технологии наблюдения делают невозможными классические прорывы. Дроны, спутники и самолеты ДРЛО превратили войну в позиционное противостояние, где любая концентрация войск становится мишенью.
Украина использует глубоко эшелонированную оборону, готовившуюся годами. На начальном этапе украинская территориальная оборона вела партизанскую войну против регулярной армии. Затем конфликт взяли под контроль через поставки оружия и институциализацию, что существенно снизило эффективность противостояния.
2
Израиль и РФ страдают от проблем легитимности. У Израиля нет ни одной стабильной границы — везде временные соглашения или спорные территории. Для выживания Израиль вынужден постоянно действовать на территории соседей, расширяя зону влияния до Ирана и даже Пакистана.
РФ получила легитимность только через «звонок Бушу из Беловежской пущи». Без американского признания Беловежских соглашений никакой России не было бы. Москва пытается утвердить легитимность через силу и связь с СССР, хотя могла бы создать новую форму, например, «Союз народов Северной Евразии».
3
Современная ситуация очень напоминает первую половину 1941 года. Тогда Мюнхенский пакт 1938 года создавал иллюзию европейской системы безопасности без США. Чемберлен считал, что принес мир, но американцы заменили его на лояльного Черчилля. Гитлер верил в соглашения с британцами до самого нападения на СССР.
Сейчас идет похожая игра обманов и двойных стандартов. Либералы застряли в матрице 1945 года — своей победы во Второй мировой. Они постоянно воспроизводят эту модель, назначая на роли Гитлера и Черчилля новых персонажей.
4
Южный Кавказ переживает переформатирование. Встреча Алиева с Пашиняном снижает легитимность присутствия Москвы в регионе, где она играла роль медиатора. Визит Шараа в Баку связан с энергопоставками в Сирию и возможной ролью Азербайджана как энергетического моста.
5
Дело Эпштейна охватывает компромат на мировых лидеров, включая арабских правителей и российских чиновников. Остров Эпштейна служил «эрзац-раем» для либерального клуба, вытесняя религиозные ограничения в интимной сфере симуляциями вседозволенности.
Глобальные элиты тратят больше денег на геронтологию, чем на педиатрию. Они хотят продлить жизнь, не меняя образ жизни. Путин запустил проект поиска эликсира бессмертия под руководством своей дочери. Российские чиновники мечтают о «небольшой даче на мысе Антиб» и легко покупаются на западные обещания, как и 35 лет назад.
6
Иранская ядерная программа носит исключительно мирный характер. Для создания оружия не нужны каскады центрифуг — достаточно уран-графитового реактора с природным ураном. Иран хочет развивать атомную энергетику для экспорта по всему региону, что угрожает монополии России, Франции и США. Россия возводит АЭС в Турции по принципу «строит, владеет, управляет», продавая электроэнергию по завышенным ценам.
Иран имеет полный ядерный цикл и может обходиться без внешних поставщиков. Россия готова предать Иран ради сделки с Западом, но понимает, что без Ирана не выживет геополитически.
7
Либеральный клуб, застрявший в матрице 1945 года, пытается провернуть старые схемы в новых реалиях. Провальная ось Трамп-Нетаньяху-Путин держится на взаимном обмане — каждый обещает то, что не собирается выполнять.
Технологии войны изменились кардинально: дроны и спутники сделали фронт прозрачным, превратив конфликты в войны на истощение.
Региональные игроки от Кавказа до Ирана больше не хотят быть пешками в чужих играх. А глобалистские элиты, одержимые страстью бессмертия и страхом компроматов, теряют связь с реальностью.
Именно радикальный клуб может предложить альтернативу провальным схемам.
У традиционалистов есть прошлое, у либералов — временное настоящее, но будущее должно принадлежать тем, кто готов разорвать порочные круги истории. Блуждание по мукам либерального клуба продолжается — их матрица дает трещину, скоро реальность окончательно перестанет в нее помещаться и разорвет изнутри эту матрицу.
