20.04.2026
Беня и Донни: провал стратегии «коалиции Эпштейна»
Дональд Трамп — порождение масскультуры, венчающее собой двухсотпятидесятилетнее развитие заокеанской колонии, в какой-то момент возомнившей себя глобальной державой. Самодовлеющая сила, привыкшая разжигать любую войну на коленке и объявлять победу, не выходя из коридоров Белого дома. Они не политики — они художники, они так видят. Но мир построен как система, и победа в этом мире имеет вполне определённые критерии: навязывание своей воли противнику. Никакие твиттерные триумфы или словесный понос в Truth Social этих критериев не отменят.
Мировая система — конструкция зыбкая, состоящая из конечного множества договорённостей, имеющих срок действия. Под воздействием изменившихся обстоятельств эти договорённости либо трансформируются, либо просто перестают действовать. То, что обывателю кажется незыблемой статичной конструкцией, на деле кособочится, трещит по швам и в конце концов рушится. Это объективный процесс, от наших желаний не зависящий.
Пирамида власти, которую привыкли считать устойчивой, на деле флюидна и подвижна. Между её уровнями идёт диалектическая борьба: нижние пытаются занять место верхних, верхние сопротивляются. Постсоветский человек, нахватавшийся знаний из вульгарного марксизма, привык верить в спаянность капитала, в его монолитность перед лицом пролетариата. Капитал по Марксу — “самовозрастающая стоимость”, ему нужна стабильность, свобода торговли, бесперебойность логистических цепочек. Но теория клубов работает, и сегодня это видно как никогда: капитал не монолитен, внутри него идёт война.
Америка в лице Трампа идёт в открытую атаку на Европу. Это столкновение двух типов капитала: либерального и «старых денег», old money. Старые деньги — это деньги тысячелетней аристократии, семей вроде Массимо, владеющих капиталами со времён Римской империи. Трамп — не традиционалист, каким его пытаются представить. Он представитель либерального клуба, его правого консервативного крыла. Традиционалисты — это старая европейская аристократия и её периферия, в пределах которой даже герцогиня Кэтрин делает книксен перед монархами условного Таиланда. Так принято. Никакие американцы, даже накопившие капиталы в пору “бума железных дорог”, в эпоху “позолоченного века”, к этому клубу отношения не имеют.
Трамп — попугай, «попка», он воспроизводит лишь то, что велели. От него требуется исполнять роль шоумена, и он неплохо с этим справляется, несмотря на возрастные проблемы. Но шоумен ввязался в войну, из которой не способен выбраться. Его втянули сионистские покровители, обрисовав радужные перспективы: быстрая операция, сокрушённый враг, утверждённая гегемония. Он повёлся — и увяз.
Война неизбежна, следующий её такт близок. Стороны стягивают силы. Авианосец «Джеральд Форд» — тот самый, на котором то матросы забивали унитазы тельняшками, то горела прачечная — кое-как привели в порядок в хорватском Сплите, и он прошёл Суэцкий канал, сейчас в Красном море. Другой авианосец огибает Африку. «Линкольн» идёт на помощь болтающемуся в Индийском океане «Джорджу Бушу». Концентрация сил очевидна, но планирование, судя по всему, остаётся на том же убогом уровне.
Перемирие на ливанском фронте, объявленное буквально накануне, развалилось за сутки. Сионистское образование тут же заявило о нарушениях и возобновило бомбардировки — несмотря на то, что Трамп вчера бился в падучей, клянясь, что Израиль никогда более не будет обстреливать Ливан. Цена тому, что говорит Трамп, — грош, и даже меньше. В Конгрессе голосование о запрете применения силы провалилось с разрывом в один голос — голос старого сенатора, демократа-еврея, уходящего на пенсию, решившего, что у Трампа «важная миссия» по обеспечению безопасности Израиля отныне и навеки.
Нетаньяху-Милейковскому-Ягудону надо спасать себя. Он проиграл на ливанском фронте, понёс тяжёлые потери. Передышку, о которой говорит Трамп, скорее всего запросил сам Тель-Авив: в последние полторы декады до перемирия Иран осуществлял порядка 100 запусков в сутки — около 70 дронов и 30 баллистических ракет. Проникновение через ПВО выросло до 25% по официальным данным, а вероятно, и выше — каждый второй снаряд проходил. При этом иранские «подземные ракетные города» — это не просто хранилища, там создана огромная производственная инфраструктура — наращивают мощности. До войны Иран производил свыше 300 ракет и дронов в сутки, сейчас, по имеющимся данным, производство выросло в полтора раза. При такой интенсивности Иран способен комфортно продолжать воевать долго.
Задача Ирана — победить. Выбить оставшиеся активы противника вблизи своих границ, завершить очистку иракского пространства, вывести из строя самолёты постановки радиопомех и, желательно, потопить какое-то количество судов. Уязвимая точка сионистского образования — снабжение: порты Хайфы и Ашдода, НПЗ, опреснительные установки, военно-морские базы. Если Турция и Азербайджан выбрали не ту сторону истории и продолжают снабжать дешёвой «мусульманской» нефтью врагов мусульман — то, чем бомбят мусульманских детей, летает и ездит на азербайджанской нефти, поставляемой через Турцию — эти поставки должен прервать Иран иранскими ракетами по Хайфе и Ашдоду.
На энергетическом фронте картина не менее драматична. В Австралии — нефтедобывающей, самодостаточной стране — готовятся к нормированию топлива: один из двух НПЗ вышел из строя после загадочного взрыва. В Европе заканчивается авиатопливо — его осталось на считанные недели, звучат призывы к ограничению рейсов. В мире дефицит нефти: из оборота выбито, по разным оценкам, до 15 миллионов баррелей в сутки. Каждый баррель имел конкретного адресата, был расписан на месяцы вперёд. МЭА раскрыли стратегические запасы — 400 миллионов баррелей на три месяца, — но это демпфер, а не решение, и реальный дефицит начнет ощущаться уже в мае. Поэтому трамп спешит “разблокировать пролив” любыми средствами, но вряд ли ему это удастся.
Ситуация в самой Америке парадоксальна. Трамп издаёт экстатические звуки о том, что весь мир плывёт за их «crude sweet oil», — этим идиотским голосом, окрашенным самодовольством и «самооргазмом». Но Америка — нефтедефицитная страна: добывает 13 миллионов баррелей, потребляет 19, из которых часть перерабатывает и продает обратно за рубеж в виде нефтепродуктов. Если они начнут продавать вовне большую часть нефти вместо переработки, то сами столкнутся с топливным кризисом. Не надо смотреть на Dow Jones и Standard & Poor’s — это спекулятивный капитал. Надо смотреть на Мейн-стрит: торговлю, заправки, аптеки в обычных американских городках. Мейн-стрит живёт всё хуже. Американская «сверхэкономика» построена на исключительно высоком внутреннем потреблении, а потребление — на стабильно дешёвой доставке. Сейчас доставка парализуется, и в кулуарах уже говорят о закрытии американского рынка энергоносителей.
Тем временем Трамп теряет опору. MAGA — его ядро, его «движуха» — требует от него больше депортаций, требует немедленной публикации файлов Эпштейна. Глава ICE уходит в досрочную отставку. Мелания зачем-то выскакивает с нервным заявлением, что никакой связи с Эпштейном у неё не было — хотя многие свидетельствуют, что именно Эпштейн познакомил её с Трампом. Дело Эпштейна тлеет: никто не был осуждён, у самого Эпштейна установлено более 1100 жертв, а новый кандидат в генпрокуроры предлагает всё зарыть. Конспирология, которую ещё недавно презирали, стремительно становится явью.
Зависимость Трампа от сионистского лобби, вероятно, имеет характер шантажа, и «список Эпштейна» — его инструмент. Вот почему Трамп с неистовым усердием добивается чужих целей, втягивая Америку в войну, которая ей не нужна. Иной причины у этой войны нет. Трампу обрисовали картинку — он повёлся. Выбраться не может и не сможет — и потому будут проводить следующую фазу операции.
На европейском фронте ситуация не менее динамична. Европа осуществляет программу вооружения Украины дальнобойными дронами. Некоторые из них долетают уже до Стерлитамака — настолько глубоко, что высказываются предположения о запуске с территории Казахстана. Дроны, поражающие цели в Усть-Луге, предположительно запускаются через территорию стран Балтии или Польши. Пока это одиночные прорывы, но к концу года планируется создать целый флот подобных аппаратов. Даже Renault — полугосударственная французская компания — выделила специальное подразделение. Милитаризация экономики в полном ходу: в Америке Lockheed Martin, Raytheon и прочие обращаются к гражданским производителям вроде детройтской «большой тройки» с просьбой выделить мощности для военной продукции.
Россия тоже мобилизует экономику, но коряво и кособоко — не потому что люди плохие, а потому что режим кривой. Претензии к Путину множатся: военкоры записывают обличительные видео, академики публично ставят ему «двойку» за экономику, бывшие советники Ельцина открытым текстом проводят параллели с Февралём 1917 года — дескать, царь был препятствием для победы над врагом, поэтому-де правильно его тогда свергли. Путин воюет плохо, отдаёт войну на аутсорс — раньше Пригожину, теперь генералам, которых ненавидит. Он ненавидит военных в принципе — возможно, с тех пор, как жил в военном городке в Дрездене. Дефицит госбюджета запредельный, денег нет, несмотря на удвоившиеся нефтяные доходы — американцы временно сняли санкции, и это дополнительные 10 миллиардов в месяц, но деньги куда-то деваются.
Окно возможностей у путинского режима невелико. К 2030 году Европа — по открытым источникам — строит автономную оборонительную систему, способную противостоять России без помощи США. Rheinmetall запускает производство новых танков, Франция модернизирует ядерную доктрину, увеличивает дальность крылатых ракет, переводит истребители-бомбардировщики Rafale с ядерным вооружением на секретные аэродромы — возможно, в Польше или Румынии, поближе к. Территории вероятного противника. Вепонизация энергопоставок, на которую делал ставку режим Путина, скончалась: «Дружба» — всё, ветка-продолжение газопровода TANAP через Италию и Австрию в Южную Германию взорвана на прошлой неделе. Европу ставят в зависимость от американской энергии, но она ищет возможности, сосредотачивается.
В Тринидаде и Тобаго уже работают Royal Dutch Shell, BP и ENI, готовясь добывать газ на венесуэльском шельфе, сжижать на своих мощностях в Тринидаде его и отправлять в Европу. Это будет собственный европейский газ (Тринидад и Тобаго – член британского содружества), что кратно снизит зависимость от любых внешних поставщиков. А к 2030 году появится и военная инфраструктура. Современная армия не движется на лошадях — ей нужно топливо, топливо и ещё раз топливо. В конце этого года полетят дальнобойные дроны сотнями. А спустя пару лет европейская армия будет готова.
Трампу — конец, хотя нам его надо пока беречь. Слабенький, униженный, мятущийся, неврастеничный, но хорохорящийся и совершающий всё больше ошибок — именно такой Трамп нам нужен. Чем слабее он становится, тем больше ошибок совершают стоящие за ним силы. Мы находимся в сценарии катастрофы, и в этом сценарии мы должны думать о войне и о победе.
МУРАТ ТЕМИРОВ
20.04.2026
Подключите эксклюзивный VPN-POISTINE. Надежный. Безопасный. Наш
