Ряд мыслителей (Хоркхаймер, Адорно, Фуко) говорили о том, что негативное настоящее, не дающее позитивной картины будущего (если следовать логике настоящего статус-кво), заставляет оборачиваеться назад в прошлое, и искать там альтернативы для развития.
Иными словами, надо определить тот период истории, когда мы свернули на неправильную дорогу, а события стали развиваться по худшему сценарию. С той отправной точки (с багажом неисковерканных ценностей, мировоззрением и др.) надо начинать заново, исправляя все то, что можно исправить.
Как много поколений имело шанс переломить негативную для страны историческую ситуацию? Далеко не каждое. Как много поколений, которым выпадал такой шанс, принимало вызов истории? Далеко не каждое.
Народ смог ответить на вызов, например, в противостоянии в жонгарами. Да, не сразу. Спустя десятилетия и понеся много людских, территориальных потерь. Ответили единством. Рецепт прост и давно известен.
У қазақов был шанс противостоять колонизации в самом начале, объединившись вокруг хана Касыма. Еще раз шанс был в 30-40-ые годы XIX века – освободительное движение хана Кенесары.
Эти шансы реально были, посмотрите историю России того периода, когда она была вынуждена заниматься внутренними и прочими внешними «проектами». Вот навскидку: Русско-персидские войны (1804-1813 гг., 1826-1828 гг.), русско-турецкая война (1801-1812гг.), русско-шведская война (1808-1809 гг.), война 1812 года, Кавказская война (1817-1864 гг.), восстание декабристов (1825 г.), Польское восстание (1830г.) и холерные бунты (1830 г.).
Разрешив эти «проекты», Россия двинулась в Среднюю Азию. Тогда еще малым числом, не зная степь и законов степной войны.
В ХХ веке вновь были шансы. В период русско-японской войны (1904-1905) и революции 1905 г. (до массового заселения степи после столыпинской реформы). Затем представился еще один шанс – первая мировая война, не «дожали» с восстанием 1916 года (причина среди прочего – отсутствие единства). Далее появляется еще один шанс – в период русской гражданской войны. И последний – во время экспроприации и подъема басмаческого движения.
После голода и репрессий 30-х годов шанса больше не представлялось. Слишком велики были людские потери.
На рубеже ХХ-XXI веков шанс построить нормальную страну мы не использовали в 1991 году. Народ самоустранился, не умея (по советской инерции) брать решения на себя. Уверена, что разруха 90-х гг. – хорошо рассчитанный ход, чтобы народ выживал, не думая о том, кто берет власть и что творится на властном олимпе (более благополучные в экономическом плане страны Прибалтики, которых меньше коснулось разрушение хозяйственных и пр. связей, сразу занялись политической реформированием).
Шанс на реформы был у нас в начале нулевых. Но народ, вышедший из разрухи 90-х гг., пытался решать собственные экономические проблемы. Ему было не до мыслей о том, куда идет страна, что за государство строится (причем оппозиция была всегда, но сейчас речь не о ее роли и результатах).
Я не хочу спорить о том, каков был бы результат в случае единодушия народа, об этом можно только гадать, приводя аргументы «за» и «против». Одно очевидно – единого повсеместного выступления народа не было ни в XIX, ни в ХХ веках. Мы можем догадываться или точно знать, где проходили линии разлома, какие силы вступали в противоборство. Но насколько важно, о чем говорили в аулах, чем объясняли свое бездействие, когда страна все больше и больше теряла независимость. Это повторялось из поколения в поколение почти два века.
На мой взгляд, причина того, что не было достигнуто единство, заключалась в отсутствии у того или иного поколения исторического сознания, в способности увидеть себя в потоке истории и предвидеть последствия своих действий (или бездействия) далеко вперед (хотя бы на 30-50 лет). Да, всегда были те, кто это видел, и пытался поднять народ. Но это историческое сознание должно быть у народа, у каждого мужчины, что бы видеть перспективу не только своей собственной жизни, но и жизни народа, страны, потомков, наконец.
Есть ли историческое сознание у власти? Очень сомневаюсь. Я сейчас задумалась, кого можно назвать истинным государственником, человеком с государственным мышлением. И я не могу назвать ни одного. Это же катастрофа для государства.
Теперь есть еще один исторический шанс переломить негативную для страны ситуацию. Все трещит по швам и разваливается на ходу. Я размышляю, окажется ли наше поколение более ответственным, мудрым, чем предыдущие? Поднимется ли оно до исторического сознания и понимания своей миссии? Не будут ли будущие поколения говорить о нынешнем так же, как мы сегодня говорим об предыдущих поколениях, упустивших свой исторический шанс (что с каждым разом всё больше усугубляло положение страны).
Я думаю о нынешних 40-50-летних. Через 10-15 лет, даже если захотят, они уже не будут иметь ни сил, ни возможностей, ни времени для реализации перемен (я уже не говорю о том, будет ли шанс). Время 40-50-летних – сейчас.
И не молодежь должна исправлять ошибки и просчеты старшего поколения. Это среднее поколение должно передать молодым такую страну, какой она и должна быть: независимую, справедливую, где работают законы, где мораль выше денег, где хочется жить и растить детей, где незыблемая ценность – жизнь и права человека.
АЙНАШ МУСТОЯПОВА
