В конце XIX века известный философ Лео Штраус выдвинул концепцию благородной лжи (noble lie). Впоследствии он стал интеллектуальным и идеологическим маяком для неоконсерваторов, которые окопались вокруг персоны Джорджа Буша-младшего и в период его президентства стали его ближайшим окружением — руками, ногами, мозгами и глазами.
Все эти товарищи, которые развязали войну в Ираке, в Афганистане, на других территориях, активно атаковали ислам по всему миру, — последователи Лео Штрауса с его концепцией благородной лжи для масс. Этот теоретический дискурс стал доминировать в американском политическом классе и буквально проник в глубинные пласты их коллективного бессознательного, потому что доминация, господство не может происходить по честным правилам.
Приходится эти правила нарушать, но чтобы объяснить это народу, чтобы обосновать «одномерному человеку» (согласно определению другого философа Герберта Маркузе), стоит придумывать страшилки. И они были сочинены, естественно. Для этих целей взяли за основу методологию Лео Штрауса. В частности, был изобретен такой термин как «исламский фундаментализм».
Здесь есть очень важный нюанс, который разворачивает ситуацию буквально на 180 градусов. Дело в том, что понятие религиозного фундаментализма было придумано более ста лет назад, в первых десятилетиях ХХ века, по отношению к американским протестантам. То есть они сами себя так называли — «мы — христианские фундаменталисты».
Таким образом они оттеняли себя, отделяли себя от более либеральных протестантов и тем самым говорили, что вот те являются либералами, которые хотят реформировать религию, а вот мы-то на самом деле самые что ни на есть фундаментальные, самые что ни на есть основательные. Подобная концепция была у кальвинистов, у последователей Лютера — возвращение к истокам.
Но ту же самую модель, применительно к исламу, американские политические правящие элиты и использовали как негатив. То есть в их случае фактически христианский протестантский фундаментализм стал основой неоконов, и они же, используя этот механизм, обрушили буквально огромное количество бомб и убили огромное количество мусульман. И это все укладывается в идеологию «благородной лжи».
Сущностные элементы постправды, постистории, постобщества, как сейчас принято выражаться, были заложены именно Лео Штраусом. «Ложь во благо». Даже несмотря на то, что эта ложь может принести миллионы человеческих жертв, даже несмотря на то, что эта ложь противоречит самой религиозной доктрине, которой придерживаются эти люди. Для них политический прагматизм начинает действовать, начинает руководить и фактически захватывать всю идейно-политическую основу.
То, что мы сейчас видим с пандемией, — это тоже благородная ложь. То, что происходит с другими вещами, как нас обманывают в сфере экономики, политики, якобы культуры, вытаскивая ее как некий культ, которому мы все должны поклоняться лишь потому, что кто-то где-то нарисовал какую-то непонятную картину или выставил на всеобщее обозрение унитаз и определил это как современное искусство. Фактически это является частью манипуляции над нами всеми.
Идею гегемонии, и идею фундаментализма разработали западные интеллектуалы. И они же воплотили её в жизнь, обрушив молот на головы простых людей.
Почему же ислам здесь причастен? Да потому что ислам противостоит лжи, какая бы она ни была: с маркировкой «благородная» или с маркировкой «изощренная», с печатью «ложь во спасение», как это было у каббалистических мистиков, или что-то еще, что постмодерн придумывает. Ислам этому противостоит, как сказано в Коране: «Скажи: «Явилась истина, и сгинула ложь. Воистину, ложь обречена на погибель» (17–81).
Ислам невозможно покрыть ложью, поэтому изощренные «прагматики-лжецы» от религии борются против него. Ислам на сегодняшний день и до скончания времен — это единственная доктрина конца времен, эсхатологии, которая будет идти и бороться против несправедливости, нечестия, безбожия и притеснения во всем мире.
РУСЛАН АЙСИН
01.08.2025
