Иранский капкан и балтийский гамбит Путина

18.03.2026

Когда-то Збигнев Бжезинский, один из ключевых идеологов нового мирового порядка, утверждал, что этот порядок будет строиться против России, за счёт России и на обломках России. Время показало, что формула Бжезинского устарела. Та группа, что сейчас находится у власти в Соединённых Штатах — христианские сионисты, «технонаци» и сгрудившийся вокруг них сброд — строит свой новый мировой порядок уже не против России, а против Европы. Именно на обломках старой традиционалистской Европы и за её счёт они намерены воздвигнуть своё здание.

Бжезинский считался в американском и европейском политикуме агентом Европы: католик, поляк, традиционалист. Тефлоновый Донни, он же Агент Краснов, как его кое-кто называет, выступает с прямо противоположной позиции. Не надо слушать, что он говорит, — надо смотреть на его действия. А действия показывают одно: он работает исключительно в интересах либерального клуба, для которого старая Европа является кровным врагом. И это, разумеется, взаимно.

Ещё за две недели до начала нынешней фазы мировой войны — до нападения американцев и сионистов на Иран — я позволил себе заявление: когда нападение состоится и война неизбежно перейдёт в затяжную фазу, основным выгодоприобретателем станет Россия. Мы это уже наблюдаем. Война растягивает, размазывает ресурсы Запада, растягивает фронт и силы. У России появляются возможности, которых прежде не было.

Современная Россия — порождение либерального мирового порядка. СССР был его неотъемлемой частью, и когда эту часть изъяли, образовался серьёзный вакуум. Соединённые Штаты, заявляя глобальную гегемонию, никогда не могли действовать в одиночку — они всегда собирали коалиции, нуждались в Западе и в России как младшем партнёре, которому выделили «делянку» на глобальном Юге. Россия считала эту делянку зоной своих исключительных национальных интересов, пока ей не раскрыли глаза: твой номер шестнадцатый, место под шконкой.

Четыре года назад, весной 2022-го, когда «Киев за три дня» был в разгаре, я говорил о «феномене Путина-дурака»: его развели, заманили в капкан, из которого он не может выбраться. Однако оказалось, что у Путина есть козырь — и этот козырь в буквальном переводе с английского так и зовётся: Трамп. Многостаночник, многосторонний агент, он всегда тяготел к определённым «тёркам» с Россией, к тому бруклинско-бронксскому образу ведения дел, который ему нравился ещё с визитов в Советский Союз в конце семидесятых.

Простреленное ухо — и маргинальный аутсайдер превращается в фаворита гонки, триумфально заходит в Белый дом. Началась новая эпоха. Появился «дух Анкориджа» — за которым таились подковёрные договорённости и подспудные соглашения. Когда Путин появился после начала войны с Ираном — сияющий, глянцевый, с лунообразным лицом — на совещании по вопросам ТЭК, стало понятно: операция таки состоялась. Вот тут-то настоящего дурака и нашли.

Трамп реализует чужую программу. Россия знала состояние дел, понимала, что Запад увязнет, — разведывательные возможности пока ещё кое-какие сохраняются. Война истощает запасы американской группировки в Заливе. Украину уже урезают: уведомили, что она не получит значительное количество ракет PAC-3 для комплексов Patriot. Республиканцы внесли в Конгресс законопроект о дополнительных ста миллиардах долларов на войну с Ираном — поверх и без того фантастического триллионного бюджета Пентагона.

Ядерный электорат Трампа, его отбитая маговская база, может быть, и увидит наконец, что никакого America First нет, — есть Zion First. Хотя они настолько отупевшие, что вряд ли сумеют сделать выводы. Зато для значительной части республиканского истеблишмента и действующих политиков это серьёзный удар. И этот удар мы приветствуем, потому что чем больше розни в стане врага, тем лучше.

С России частично сняли санкции — движение в эту сторону наверняка было согласовано в том самом Анкоридже. Уже речь идёт о восстановлении «Северных потоков», и Америка будет в этом участвовать. Витьков, Зятьков — вся эта банда. Гешефт, маржу поделят между собой, как-нибудь разберутся. Главное — высвобождаются ресурсы, потому что у Запада они размазываются.

С украинского фронта снимаются наиболее боеспособные части, формируются бригады на северном направлении. У Путина появляется уникальный шанс — как у Милейковского Ягудона появился единственный шанс, когда Трампа протащили в Белый дом. Милейковский Ягудон Шрёдингера — скорее мёртв, чем жив, но это уже детали.

Я ожидаю нападения на Европу со стороны Кремля на северном фасе — в районе Прибалтики. Россия стала империей после Ништадтского мира, когда Пётр I открыл «окно в Европу» на Балтике. Сейчас это окно закрыли. Кая Каллас приветствует очередное задержание очередного нефтетанкера. На юге, через Чёрное море, тоже затык: американский танкер под греческим флагом из Новороссийска подбит украинским дроном. При всей благоприятной конъюнктуре у России серьёзная проблема — снижение возможностей экспорта через Европу.

Цель — разблокировка маршрутов, создание угрозы, пробивание коридора в Кёнигсберг через Сувалки. Несколько десятков километров Сувалкского коридора. С севера сложнее — надо пройти три страны. Для этого необходимо склонить Лукашенко, и, возможно, удастся: ставки крайне высоки. Тут война не на жизнь, а на смерть. Это уже переходит в фазу мировой войны — война всех против всех по Гоббсу.

Трамп будет этому способствовать. Он умоляет или делает вид, что умоляет: пришлите противоминные тральщики. Оказывается, в Америке их нет. А Европа уже сказала: это не наша война, не мы её затеяли. Все понимают, что это война против Европы, и участвовать в войне против самих себя — глупость. Даже Кая Каллас — уж на что отбитая комсомолка, которая только и может цитировать программу партии — открыто заявила: это война против Европы. Даже у таких слепых котят открываются глаза.

Единственный раз, когда НАТО применило пятую статью, это было, когда Америке понадобилась помощь — в 2001 году, когда вся эта инсценировка с Всемирным торговым центром была преподнесена как casus belli. Первый раз в истории альянса, и, возможно, уже последний. Теперь Америка злорадно скажет: вы нам не помогли, и мы вам не поможем.

Французский генерал Мишель Яковлефф формулирует точно: на «Титанике» капитан после столкновения с айсбергом ещё пытался продавать билеты на ужин. Не время покупать акционные билеты на тонущий корабль. Трансатлантическая солидарность — всё. Это говорит натовский генерал, работавший в структурах НАТО.

Если администрация Байдена видела ресурсом для трансформации Россию, предлагая её в качестве главного блюда на пиру империалистических хищников, то нынешняя администрация открыто, не скрываясь, предлагает на эту роль Европу. Её можно рвать на части, на куски. Но Европа это прекрасно понимает и участвовать в собственном уничтожении не собирается.

Отдельный вопрос — Турция. Она тоже член НАТО, она на переднем крае, непосредственно в пекле. У Трампа с Турцией в этой каденции плохие отношения, потому что Турция тоже назначена трофеем. Об этом говорят откровенно даже сионистские высокопоставленные лица: следом за Ираном примемся за Турцию. В Анкаре это прекрасно видят и мотают на ус — тем более что усатых там хватает: и Эрдоган, и Фидан.

Предполагалось, что Турция подключится к операции на поздней стадии, чтобы поучаствовать в разделе Ирана. Но Турция совершенно не заинтересована в распаде Ирана, потому что понимает: следующая — она. Скорее Анкара будет помогать Тегерану — передачей разведывательной информации, которой у турецкой разведки в избытке. Разведка в регионе у них традиционно хорошая, этого не отнять.

Сионистское образование объявило захват Ливана приоритетом, но тык-пык, тыр-пыр — ни туда ни сюда. «Меркавы» горят как спички на границе. Потенциал «Хезболлы» не искуковался, а скорее вырос за время, пока её бомбили под предлогом перемирия. Сирия, нынешний режим которой является прокси Турции, должна сорвать планы сионистской военщины: предотвратить захват Ливана и удерживать угрозу на направлении Голан. Собственно, сегодня Ливан — это «Хезболла», другого Ливана нет.

Иран продемонстрировал невероятный потенциал, поразивший всех. Иракские прокси методично долбят по иорданской базе Муаффак-Салти, на которой размещён радар THAAD и ударная авиация, включая F-35. Американцы вынуждены держать авианосные ударные группы на значительном удалении: «Авраам Линкольн» — за тысячу километров, за Оманским морем. F-18 взлетают с тремя дополнительными баками на случай, если дозаправка не состоится, — а дозаправщики тоже выносят. Три бака — значит, одна бомба. Час туда, час обратно. Эффективность падает резко. F-35 берегут, прячут в трюме, а «Джеральд Форд» вообще болтается где-то возле Джидды и в дело не вступал.

В сущности, мы наблюдаем ответ на давний спор: что сильнее — авиация или ракеты. Авиация — это выбор богатых. Ракеты — выбор бедных: Хрущёв избрал их как асимметричный ответ на подавляющее превосходство американцев в воздухе. Сталин предпочитал авиацию и копировал западные образцы — Ту-4, полная копия B-29 методом обратной инженерии; МиГ-15 с официально купленным британским двигателем, который позволил на равных соперничать с «Сейбрами» в корейском небе.

Когда Горбачёв заключал с Рейганом договоры о сокращении ядерных вооружений, у ВПК возникла дилемма: ракеты забирают, а зарабатывать надо. И ВПК навязал Пентагону развитие авиации — F-22, затем F-35, деньги текли туда рекой. Оказалось, что авиация не может предотвратить ответный удар. Ракету сбить трудно, а она наносит неотвратимый и неприемлемый ущерб. Тогда создавать ракеты мог только ограниченный круг стран. Теперь их создаёт Корея, Пакистан и Иран — дёшево и эффективно. Дроны тоже сказали своё слово. Это меняет лицо войны: ответ на сверхтехнологичную армию агрессоров может быть асимметричным, дешёвым и убийственно действенным.

Макрон это понял и заявил о наращивании французской ядерной компоненты. Миттеран когда-то убрал ракеты с плато Альбион в поддержку процесса разоружения — теперь Макрон движется в обратном направлении. Эффективность ракет подтверждена на практике, и Европа делает выводы.

России выгодна затяжная война в регионе. Но если Иран падёт, у России возникает второй фронт — на юге, и не тот, который она собирается открыть на севере. Ей надо спешить: открыть северный фронт раньше, чем откроется южный против неё. Связь России с Ираном — не конъюнктурная, она уходит в глубину веков. Россия стала возвышаться, когда открыла Волжско-Каспийский путь, когда товары потекли рекой через Персию — с юга из Индии через Ганзу в Европу и обратно. Этот путь был на вес золота. Даже коронационный трон Бориса Годунова — подарок Шаха Аббаса. Эти связи древние и нерасторжимые.

Если Россия предаст Иран или каким-то образом Иран падёт — Россия следующая, и очень быстро. Она долго не выдержит. Мы наблюдаем крайнее обострение борьбы клубов, спираль эскалации раскручивается. Война всех против всех, и каждый делает ставку на то, что противник выдохнется раньше. Вопрос лишь в том, кто просчитается первым.

МУРАТ ТЕМИРОВ

18.03.2026

Подключите эксклюзивный VPN-POISTINE. Надежный. Безопасный. Наш